сегодня4декабря2016
Ptiburdukov.RU

   Единственный наш долг перед историей - это постоянно ее переписывать.


 
Главная
Поиск по сайту
Контакты

Литературно-исторические заметки юного техника

Хомяк Птибурдукова-внука

Биографический справочник


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


Сергей Леонидович Марков

7 июля (19 июля по новому стилю) 1878 года родился Сергей Леонидович Марков – один из самых ярких и легендарных лидеров Белого движения.

С.Л. Марков

С его именем неразрывно связано становление и начало Белого движения на юге России. Теперь невозможно представить себе первые, наиболее героические этапы этого движения без Маркова. В 1–м и 2-м Кубанских походах Сергей Леонидович в полной мере проявил свои выдающиеся способности организатора и командира. Его личное мужество, природная смекалка, умение находить выход из самых тупиковых ситуаций быстро стали легендой. "Белый витязь" - одно из прозвищ генерала Маркова в Добровольческой армии. Его часто сравнивали с "белым генералом" Михаилом Дмитриевичем Скобелевым, которого сам Сергей Леонидович очень чтил, к юбилею Скобелева он в своё время даже написал специальную брошюру.

Биография Сергея Леонидовича Маркова во многом типична для судеб русского офицерства начала прошлого века. Потомственный дворянин и потомственный военный, он получил военное образование: 1-й Московский кадетский корпус, Константиновское артиллерийское училище, которое окончил с отличием.

После недолгой службы в Лейб-гвардии 2-й артиллерийской бригаде Марков поступил в Императорскую Николаевскую академию Генерального штаба. Во время Русско-японской войны был причислен к Генеральному штабу. Вплоть до 1907 года оставался в Маньчжурии. Награжден многими боевыми орденами, в том числе орденом Св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом.

Преподавательская деятельность

С 1911 года Марков — штатный преподаватель в Николаевской военной академии. Одновременно он читал лекции в Михайловском артиллерийском и Павловском военных училищах.

По свидетельствам современников, молодой преподаватель отличался нестандартностью мышления, философским складом ума, весьма оригинальными идеями, которых у него всегда было множество. В его лекциях часто слышались нотки, непривычные старшему поколению: «Не придерживайтесь устава, как слепой стены», «Дело – военное, дело – практическое, никаких трафаретов, никаких шаблонов». Он проповедовал, что от хорошего офицера требуется гармония трёх элементов – духа, ума и воли. Настаивал на том, что дух должен быть свободным от теории, но тут же, к огорчению нерадивых студентов, добавлял, что всё же «книги надо читать».

Д.В. Лехович, историк, писатель, один из участников белого движения, в своей книге «Белые против красных» так описывает внешность и характер генерала Маркова:

«С.Л. Марков был среднего роста, поджарый, с тёмными волосами, острыми усами и маленькой бородкой клинышком. Выражение его оживлённого лица постоянно менялось в зависимости от настроения, от идеи, пришедшей в голову. А идей у него всегда был избыток. Больше всего обращали на себя внимание его тёмные, почти чёрные глаза. В них свойственные Маркову доброта и весёлость оттенялись насмешливым выражением, раздражением, иногда гневом и твёрдой решимостью человека, готового идти напролом. Голос у него был резкий, резкими и порывистыми были и все его движения.»

Первая мировая война

В 1915 году Марков был назначен на должность начальника штаба 4-й («Железной») дивизии генерала Деникина на Австрийском фронте.

А. И. Деникин, впоследствии его близкий друг и соратник, так вспоминал об их первом знакомстве:

«Приехал он [Марков – Е.Ш.] к нам в бригаду, никому не известный и нежданный: я просил штаб армии о назначении другого. Приехал и с места заявил, что только что перенес небольшую операцию, пока нездоров, ездить верхом не может и поэтому на позицию не поедет. Я поморщился, штабные переглянулись. К нашей «запорожской сечи», очевидно, не подойдёт — «профессор»… Выехал я со штабом к стрелкам, которые вели горячий бой впереди города Фриштака. Сближение с противником большое, сильный огонь. Вдруг нас покрыло очередью шрапнели. Что такое? К цепи совершенно открыто подъезжает в огромной колымаге, запряжённой парой лошадей, Марков — весёлый, задорно смеющийся. — Скучно стало дома. Приехал посмотреть, что тут делается… С этого дня лед растаял, и Марков занял настоящее место в семье «железной» дивизии.»

Интеллектуальный потенциал и незаурядный талант полководца органично сочетались в натуре Маркова с такими качествами, как личное мужество, умение своим примером «зажечь» в сердцах веру в победу, когда ситуация казалась совершенно безнадёжной.

С сентября 1915 года он командовал 13-м стрелковым полком легендарной «Железной» дивизии.

«Со своим славным полком Марков шёл от одной победы к другой… Он не жил, а горел в сплошном порыве, — вспоминал А. И. Деникин. — Пока он был в штабе, войска относились к нему или сдержанно, или даже нетерпимо. Но стоило Маркову уйти в строй, и отношение к нему становилось любовным и даже восторженным…»

Многие современники, впоследствии «первопоходники», лидеры Белого движения, не раз замечали в своих воспоминаниях, что с появлением знаменитой белой папахи Маркова на поле боя в войсках поднималось настроение. Замёрзшие, усталые воины шли в бой, как на праздник…

После февраля 1917 года все мысли бывшего преподавателя академии, как и многих других русских генералов и офицеров, были подчинены одному: как не допустить развала армии, как довести войну до победного конца.

«Погубят армию эти депутаты и советы, а вместе с ней и Россию,» - писал в своём дневнике за 1917 год С.Л. Марков.

Русские генералы были хорошими солдатами, но всё их воспитание и образование было направлено на то, чтобы «не лезть в политику». Попытки военачальников «спасти» Россию своими средствами выглядели политически наивными и, как известно, не увенчались успехом.

Быховский узник

В августе 1917 года Марков открыто поддержал корниловское выступление. Вместе с Деникиным, Романовским, Лукомским, Эрдели и другими «мятежными» офицерами он испил чашу унижений во время ареста и заточения сначала в тюрьме города Бердичева, а затем в Быхове.

Когда арестованных генералов переводили из Бердичева в Быховскую тюрьму, их едва не растерзала агрессивно настроенная толпа, которую изо всех сил «науськивали» комиссары Временного правительства. Суд над «мятежниками» был невыгоден окружению Керенского. Оно с радостью бы предпочло избавиться от опасных арестантов чужими руками, списав их гибель на «народную месть».

В одной из своих неопубликованных рукописей Ксения Васильевна Деникина попыталась передать весь ужас положения узников:

«Антон Иванович [Деникин – Е.Ш.] был убеждён, что их никуда не повезут, а растерзают по дороге. И в застывшей душе было только одно желание, чтобы добили скорей, не мучая, не издеваясь долго…»

Толпа потребовала, чтобы арестованных вели пешком через весь город к вокзалу.

«Проходя по лужам, оставшимся от вчерашнего дождя, солдаты набирали полные горсти грязи и ею забрасывали нас. – Вспоминал Деникин в своих «Очерках русской смуты». – Лицо, глаза, уши заволокло зловонной липкой жижицей. Посыпались булыжники. Бедному калеке генералу Орлову разбили сильно лицо, получили удар Эрдели и я – в спину и голову.

По пути обменивались односложными замечаниями. Обращаясь к Маркову:

     – Что, милый профессор, конец?!

     - По-видимому…»

Однако узникам повезло. Конвой, состоявший в основном из юнкеров, честно выполнил свой долг. Ему удалось сдержать жаждущую крови толпу и отконвоировать арестованных в Быхов.

В отличие от одиночного заключения в Бердичеве, здесь генералы жили по три человека в комнате. В самом здании тюрьмы они пользовались относительной свободой. К заключённым допускались родственники и знакомые. По воспоминаниям тогда ещё невесты генерала Деникина, Ксении Васильевны, в тюрьме собиралось «приличное общество». Искромётный, артистичный, самый молодой из узников, 39-и летний генерал Марков в буквальном смысле стал в Быхове «душой компании». Шутками, смехом, своим неистощимым оптимизмом он старался «скрасить» для своих товарищей по несчастью безрадостные дни заточения.

Поручик Р.Б. Хаджиев, адъютант генерала Л.Г. Корнилова, частый гость в Быхове, вспоминает о Маркове:

«Генерал Марков по натуре своей был офицером старой русской кавалерии — бесшабашный, море по колено, жизнь радостная, душа на распашку. На все смотрел так: — Ну, что же, случилась беда, надо ее выкурить, давай лучше играть в чехарду. Он прыгал через людей, и люди прыгали через него. Под конец игры, вытирая лоб и глядя в сторону мрачной группы, состоящей из Деникина и Романовского, начинал кричать: — Ваня, иди же сюда, Ванюша!.. А Ваня не отвечал, продолжал разговор с Деникиным, который, держа обе руки в карманах, исподлобья глядел на узников…

…Я, окруженный тесным кольцом, стал отвечать на вопросы томящихся и усталых людей, переживающих весьма тягостные дни и минуты, ожидающих в каждый момент неприятную новость. Они отпускали весьма нецензурные слова по адресу Керенского, называя его трусом, негодяем, предателем родины и т.д.

— Эй, вы, давайте-ка попрыгаем, — кричал, заглушая всех своим тенором, ген. Марков, вызывая по фамилиям тех, кто принимая участие в его чехарде, этим самым вносил свежую струю в жизнь мрачно настроенных людей. Потом, оборачиваясь к Романовскому, он сказал: — Ну, Ваня, пойдем, поддержи желание товарищей. Не хотите ли и вы с нами, ваше превосходительство, — обратился он к дряхлому ген. Эльснеру. Тот, не расслышав хорошенько, переспросил: «Что?» — Да попрыгать, ваше превосходительство! Но генерал Эльснер костлявой рукой с папиросой в длинном мундштуке отмахивался от такого марковского предложения. Люди хохотали.»

19 ноября 1917 г. быховские узники были освобождены из тюрьмы генералом Н.Н. Духониным, который за это поплатился жизнью. Нелегально, по чужим документам, генералы пробирались на Дон. Кроме Корнилова, который пошёл на Дон открыто, с верным ему Текинским полком, все переоделись в штатское платье. Только И.П. Романовского решено было оставить «офицером». Внешность и манеры, несомненно, выдали бы с головой неопытных «конспираторов», но и в этом вынужденном «маскараде» генерал Марков проявил присущую ему артистичность. Всю дорогу до Новочеркасска «профессор» успешно изображал солдата-денщика Романовского: бегал ему за кипяточком, крутил «цыгарки» и непринуждённо балагурил на станциях с революционными матросами.

В Добровольческой армии

С.Л. Марков и И.П. Романовский одними из первых прибыли на Дон. Они приняли непосредственное участие в создании Добровольческой армии. 24 декабря 1917 года Марков был назначен начальником штаба командующего добровольческими войсками, а с января 1918 года он принял должность начальника штаба 1-й Добровольческой дивизии.

Зимой 1917-1918 гг. у собравшихся в Новочеркасске добровольцев не было ничего: ни средств, на которые можно было сформировать армию, ни оружия, ни боеприпасов, ни чёткой программы дальнейших действий. Бывшие генералы императорской армии - опытные воины, но никудышные политики, даже на первоначальном этапе возникновения белого движения затруднялись в определении его политических целей и задач. Будущий главнокомандующий ВСЮР А.И. Деникин справедливо заметил, что стоило в тот момент выкинуть монархический лозунг, как Добрармия тут же потеряла бы одну свою половину. Если бы командование заявило о своих «демократических» пристрастиях, ушла бы другая.

В этих сложных условиях донские казаки тоже не захотели поддержать добровольцев. 29 января 1918 года войсковой атаман Каледин застрелился, сломленный сепаратизмом казаков, которые отказались воевать. Они надеялись, что большевики их не тронут, если добровольцы уйдут с Дона. Казачий сепаратизм шокировал участников Белого дела.

В ночь с 9 на 10 февраля 1918 года Добровольческая армия выступила в 1-й Кубанский поход, который получил название "Ледяного". С.Л. Марков стал во главе образованного при переформировании Добровольческой армии в станице Ольгинской Сводно-Офицерского полка, по величине своей равного батальону. Добровольцы понесли тяжёлые потери и были разбиты под Екатеринодаром. Ранним утром 31 марта случайным снарядом был убит генерал Корнилов. По распоряжению генерала Алексеева армию возглавил генерал Деникин.

Подвиг генерала Маркова

В ночь со 2 на 3 апреля 1918 года энергичные действия генерала Маркова на станции Медведовской спасли армию от окончательного разгрома. Отступающее от Екатеринодара добровольческое войско должно было миновать железную дорогу. Такие переходы для армии всегда являлись проблемой: железные дороги, как правило, находились в руках большевиков. В тот день на станции Медведовской стояли эшелоны красных и бронепоезда.

По воспоминаниям современников, события развивались следующим образом:

Около 4 часов утра части Маркова стали переходить через железнодорожное полотно. Марков, захватив железнодорожную сторожку у переезда, расположив пехотные части, выслав разведчиков в станицу для атаки противника, спешно начал переправу раненых, обоза и артиллерии. Внезапно от станции отделился бронепоезд красных и пошел к переезду, где уже находился штаб вместе с генералами Алексеевым и Деникиным. Оставалось несколько метров до переезда — и тут Марков, осыпая бронепоезд площадными словами, с нагайкой в руке бросился к паровозу: «Поезд, стой! Раздавишь, сукин сын! Сволочь! Разве не видишь, что свои?!!». Когда поезд действительно остановился, Марков отскочил (по другим сведениям тут же бросил гранату), и сразу две трёхдюймовые пушки в упор выстрелили гранатами в цилиндры и колеса паровоза. Завязался горячий бой с командой бронепоезда, которая в результате была перебита, а сам бронепоезд — сожжён.

По свидетельству А.И. Деникина, когда из горящего вагона бронепоезда прямо на Маркова выскочил огромный матрос в тлеющей одежде, первым порывом генерала было оказать ему помощь. Беззаветная храбрость, способность к жёстким, решительным действиям в бою и милосердие – редкое сочетание качеств для боевого офицера…

В апреле 1918 года Сергей Леонидович Марков был назначен командиром 1-й отдельной пехотной бригады, а в июне, перед началом 2-го Кубанского похода - начальником 1-й пехотной дивизии. В самом начале похода, 12 июня 1918 года генерал Марков и погиб в бою у станции Шаблиевка. Предпоследний снаряд отходящего бронепоезда красных разорвался рядом с генералом, сидящим на коне, и смертельно ранил его.

"Умираю за вас, как вы за меня", - были его последние слова.

Сергей Леонидович Марков, в отличие от других, не менее известных лидеров Белого дела, стоявших у самых его истоков, не успел запятнать себя последующей борьбой за власть в военной верхушке ВСЮР. Ему посчастливилось избежать обвинений в политических и тактических просчётах, которые посыпались на головы белого командования после поражения в войне, избежать забвения и низвержения своих заслуг бывшими соратниками.

Сразу же после получения известия о смерти генерала 1-й Офицерский полк был переименован в 1-й Офицерский генерала Маркова полк — один из четырёх «цветных» полков белых армий на юге России, развёрнутый потом в Марковскую дивизию.

Марковский знак

На построении полка его командир полковник Тимановский сказал:

«Отныне каждый чин полка носит имя первого командира. Не будет с нами генерала Маркова, но он будет жить в сердцах всех нас и незримо вести нас, руководить нами. Мы увековечим его память своей жертвенной любовью к Родине, непоколебимым духом, своими делами, пример которых он показал нам. Мы в рядах полка его имени будем выполнять свой долг с полной верой, что Россия снова будет Великой, Единой и Неделимой. Чтобы укрепить нашу духовную связь с Шефом, устанавливается день полкового праздника в день его Ангела — 25 сентября, день, посвящённый святому Сергию Радонежскому». На чёрных, марковских погонах отныне был вензель генерала Маркова: «М» и вензель — «Г. М.» для 1-й роты полка — «роты генерала Маркова».

«Марковцы» с честью пронесли имя своего погибшего «шефа» сквозь все испытания – от 2-ого Кубанского похода до последнего штурма Перекопа.

Не только в глазах современников, но и историков белого движения, С.Л. Марков навеки остался непогрешимым символом, вечным примером самоотверженного мужества и верности, «знаменем» в борьбе за белую идею и утраченную Родину.

Не случайно 13 декабря 2003 в городе Сальске Ростовской области состоялось открытие памятника генерал-лейтенанту Маркову. Монумент, созданный заслуженным художником России скульптором В. А. Суровцевым, стал первым в России памятником одному из военных лидеров и вождей Белого движения. Не герою! В гражданской борьбе не бывает героев. Все они, и победители, и побеждённые, вожди и лидеры сошлись в смертельной схватке, чтобы отстоять свои идеалы. В конечном итоге, пали жертвами братоубийственной войны, в которой нет ни правых, ни виноватых…

Елена Широкова

Белогвардеец Военный Генерал 

Биографический указатель

Идея, дизайн и движок сайта: Вадим Третьяков
Исторический консультант и литературный редактор: Елена Широкова