сегодня11декабря2016
Ptiburdukov.RU

   Единственный наш долг перед историей - это постоянно ее переписывать.


 
Главная
Поиск по сайту
Контакты

Литературно-исторические заметки юного техника

Хомяк Птибурдукова-внука

Биографический справочник


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


Александр Павлович Кутепов

Александр Павлович Кутепов

А.П. Кутепов

16 (?) сентября 1882 года родился Александр Павлович Кутепов – российский военный деятель, генерал от инфантерии, один из самых активных и известных участников Белого движения, в последствии - председатель РОВСоюза, похищенный в Париже агентами ОГПУ.

А.П. Кутепов – одна из самых легендарных и загадочных личностей в истории Белого движения. В советское время малосимпатичный образ «генерала-вешателя» фигурировал лишь в красных сатирических плакатах-страшилках времён Гражданской войны, да сводках ИНО ОГПУ, который занимался надзором за политическими эмигрантами в 1920-30-е годы. Сама эмиграция также неоднозначно относилась к Кутепову. В период побед белых армий на юге России он проявил себя, как талантливый, верный своему долгу военачальник, несгибаемый и суровый воин. Однако его агрессивный «активизм» после поражения Белого Дела настораживал даже самых непримиримых реваншистов русской военной эмиграции. В своём стремлении быть «святее Папы Римского» уже в середине 20-х годов генерал ухитрился рассориться с Врангелем и его окружением. Поэтому после похищения А.П. Кутепова эмиграция легко поверила в газетную «утку» о его предательстве, намеренно пущенную агентами ОГПУ. Личность генерала-«террориста» долгое время замалчивалась и эмигрантскими историками. Лишь в наши дни, когда были частично открыты архивы силовых ведомств эпохи СССР и стали доступными материалы из хранилищ белой эмиграции, исследователи получили возможность пролить свет на жизнь и судьбу генерала Кутепова.

В современной историографии подробно освещены его подвиги в период революций, Первой мировой и Гражданской войн, отчасти известно и о деятельности генерала в эмиграции. О Кутепове написана масса статей, которые вошли в небезызвестные сборники по истории Белого движения. В 2004 году в серии «Золотая библиотека исторического романа» вышел роман В. Рынкевича «Мираж», посвящённый жизни Александра Павловича с 1917 по 1930 год. Однако до сей поры в биографии известного военачальника слишком много «белых пятен», заполнить которые вряд ли удастся кому-нибудь из историков.

До сегодняшнего дня неизвестны точные даты рождения и гибели А.П. Кутепова. Серьёзные сомнения вызывают место рождения и истинное происхождение генерала.

По одним сведениям, человек, который впоследствии называл себя Александром Павловичем Кутеповым, родился в семье личного дворянина Константина Михайловича Тимофеева и его жены Ольги Андреевны. Факт его рождения именно в Череповце подтверждается лишь биографическим очерком, который был написан на основе воспоминаний Кутепова его секретарем М.А. Критским. Очерк был опубликован в книге «Генерал Кутепов», изданной в Париже в 1934 году (т.е. уже после гибели генерала). В Российском Государственном военно-историческом архиве (РГВИА) имеется послужной список А.П. Кутепова за 1908 год, в котором город Череповец указывается (опять же со слов Кутепова) как место его рождения (фонд № 409, д. 2740).

Между тем, семья личного дворянина Тимофеева в Череповце никогда не проживала. Существует также историческая версия, что Кутепов родился в окрестностях Череповца, на территории посёлка Питино — ныне улица космонавта Беляева.

В 1890 году К.М. Тимофеев умер. Через два года его жена Ольга Андреевна вступила в брак с потомственным дворянином Павлом Александровичем Кутеповым, чиновником по крестьянским делам корпуса лесничих. Впоследствии, после столыпинской реформы, он стал председателем Землеустроительной комиссии. По определению Новгородского окружного суда от 9 марта 1893 года, дворянин Павел Кутепов усыновил детей, рождённых Ольгой Андреевной в первом браке. Так Александр Константинович Тимофеев стал Александром Павловичем Кутеповым и приобрёл потомственное дворянство.

По другой версии, Александр был незаконнорожденным сыном дворянина П.А. Кутепова, который женился на его матери лишь в 1892 году и усыновил мальчика в десятилетнем возрасте.

Во всяком случае, с отцом (или отчимом?), равно как и с детьми матери от второго брака, у Александра отношения не сложились. Возможно, что семья не была в этом виновата. Мать умерла довольно рано, а Александр с детства отличался резкостью и прямолинейностью характера, плохо сходился с людьми. Неприятие лжи и лицемерия в любых их видах, равно как и подростковый максимализм, остались с генералом Кутеповым на всю оставшуюся жизнь.

Вопреки воле родителей, не окончив курса гимназии, юноша вышел вольноопределяющимся на военную службу. В 1904 году он по первому разряду оканчивает Владимирское пехотное училище в Санкт-Петербурге и сразу же попадает на фронт. По воспоминаниям А.П. Кутепова, родственники никогда не желали для него карьеры военного и весьма неохотно провожали будущего генерала на войну. Во время последнего прощания отец ничего ему не сказал, проводил «как чужого». Но потом, надев мундир, чтобы ехать представляться начальству, Александр Павлович нашёл в кармане письмо от отца с теми наставлениями, которым сын остался верен навсегда. В нём коротко говорилось: «Будь всегда честным, не напрашивайся, но долг свой перед Отечеством исполни до конца».

Во время Русско-японской войны Кутепов служил в 85-м пехотном Выборгском полку, неоднократно отличился в боях. Был награждён орденами Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость», Святого Станислава 3-й степени с мечами и Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом.

В 1907 году поручик Кутепов без всякой протекции, лишь «за оказанные боевые отличия» был переведён в элитный Лейб-гвардии Преображенский полк, расквартированный в Петербурге. Скорее всего, путаница, связанная с происхождением и семьёй А.П. Кутепова, была создана намеренно им самим и именно в этот период. Если бы выяснилось, что Александр Павлович не был дворянином по рождению, никакие «боевые отличия» не помогли бы ему попасть в гвардейскую элиту.

В полку молодой офицер занимал весьма ответственные должности: был начальником пулеметной команды, начальником команды разведчиков, а потом и начальником учебной команды. Однополчане, проходившие службу под его началом, отмечали среди качеств Кутепова чрезвычайную требовательность, строгость, а порой беспощадность к подчинённым. Он словно готовился сию минуту идти с ними в бой и требовал даже от новичков-вольноопределяющихся проявления качеств, присущих настоящим воинам.

Именно в составе Преображенского полка А.П. Кутепов принимает участие в Первой мировой войне. По должности начальника учебной команды он должен был остаться в Петрограде, в запасном батальоне, но добровольно ушёл с полком на фронт. Характерно, что некоторые офицеры, знавшие о том суровом режиме, который устанавливал у себя всегда штабс-капитан Кутепов, говорили, что ему несдобровать, что он погибнет от своей же пули в первом же бою. Но солдаты-преображенцы, очевидно, иначе оценивали своего офицера, а он лучше знал их. Во время одной атаки штабс-капитан был ранен. Неприятельские цепи подошли совсем близко. Не будучи в состоянии подняться, Александр Павлович уже потянулся за револьвером, но к нему подползли его солдаты, тоже раненые, и вынесли его на руках. Другой раз, во время очень тяжёлого боя, офицер увидел, что солдаты поодиночке подбегают к нему как раз в то место, где был сосредоточен сильнейший огонь противника.

  • Тебе что?
  • Поглядеть, живы ли Вы, Ваше Высокоблагородие!

27 июля 1915 года в бою у деревни Петрилово Ломжинской губернии штабс-капитан Кутепов по собственной инициативе провёл успешную контратаку наступающего неприятеля. В результате немецкое наступление было задержано на несколько часов. В этом сражении Кутепов вновь был тяжело ранен, но отказался покинуть поле боя. За храбрость и вовремя проявленную инициативу командование наградило его орденом Св. Георгия 4-й степени. В 1916 году Кутепов был досрочно произведён в полковники.

В начале 1917 года полковник Кутепов находился в отпуске в Петрограде, где стал непосредственным участником февральских событий. Волей случая он оказался единственным старшим офицером, который пытался организовать действенное сопротивление восставшим. По поручению командующего Петроградским военным округом генерала С.С. Хабалова А.П. Кутепов возглавил спешно организованный сводный отряд и вступил в бой с революционерами. Однако его отряд не был поддержан другими находившимися в Петрограде воинскими частями, а часть направленных в распоряжение Кутепова офицеров не проявляла никакого желания воевать за монархию.

После победы февральской революции полковник вернулся на фронт. С 27 апреля 1917 года он командует Лейб-Гвардии Преображенским полком, который был одной из немногих частей, сохранявших боеспособность в условиях активной антивоенной агитации.

За особое отличие в штыковом бою у деревни Мшаны, во время Тарнопольского прорыва Кутепов был представлен к ордену Святого Георгия 3-й степени, но не получил его из-за прихода к власти большевиков. Даже в условиях всеобщей революционной анархии А.П. Кутепов оставался одним из верных своему долгу офицеров, которые продолжали служить не революции, не партиям, не политикам, а России.

По словам его сослуживца по полку В. Дейтриха,

«…имя Кутепова стало нарицательным. Оно означает верность долгу, спокойную решительность, напряжённый жертвенный порыв, холодную, подчас жестокую волю и… чистые руки — и всё это принесённое и отданное на служение Родине…»

В декабре 1917 года, желая сохранить честь старейшего русского полка, последний командир преображенцев собственным приказом расформировал Гвардии Преображенский полк, позаботившись о сохранении его знамени и боевых регалий.

С группой своих офицеров генерал Кутепов двинулся на Дон. 24 декабря 1917 года он вступает в ряды Добровольческой армии. В декабре 1917— январе 1918 года в должности начальника гарнизона города Таганрога Кутепов дважды разбил красные войска под командованием Р.Ф. Сиверса у Матвеева Кургана. По словам А.И. Деникина,

«…это был первый серьезный бой, в котором яростному напору неорганизованных и дурно управляемых большевиков, преимущественно матросов, противопоставлено было искусство и воодушевление офицерских отрядов.»

А.П. Кутепов принимает участие в Первом Кубанском «Ледяном» походе. После гибели полковника М.О. Неженцева, командира Корниловского полка, он возглавляет легендарный полк. Во Втором Кубанском походе Кутепов сменил погибшего генерала С.Л. Маркова на посту командующего первой пехотной дивизии. Он успешно руководил дивизией во время боёв под Тихорецкой и на Кущевском направлении.

После взятия белыми войсками Новороссийска полковник Кутепов был назначен Черноморским военным губернатором. 12 ноября 1918 года «за боевые отличия» произведён главнокомандующим ВСЮР Деникиным в генерал-майоры.

Действия Кутепова по жёсткому наведению порядка вызывали резкую критику со стороны общественных деятелей, называвших его режим «Кутепией». Именно тогда за свою непримиримость, стремление железной рукой навести порядок и поддержать воинскую дисциплину, военный губернатор снискал прозвище «вешателя». Однако, по свидетельствам очевидцев, генерал Кутепов вешал и расстреливал без суда лишь мародёров и дезертиров, пойманных с поличным на месте преступления, а также тех, кто открыто, с оружием в руках выступал против установленного белыми режима. Никаких политических репрессий или расстрелов лояльно настроенного населения в городе не было и в помине.

С января 1919 года Кутепов — командир 1-го Армейского корпуса в Донецком бассейне. Во время Харьковской операции он проявил себя волевым командиром, за что 23 июня 1919 был произведён в генерал-лейтенанты («за боевые отличия»). Тогда же ему в вагон кем-то из «обиженных» на его жёсткие действия в армии была подброшена бомба. Лишь чудом генерал уцелел.

В «Московской директиве» А.И. Деникина корпусу генерала Кутепова была отведена центральная роль. Он должен был возглавить наступление на Москву и провести Орловско-Кромскую операцию, которая стала, по сути, переломным моментом в истории всей гражданской борьбы на юге России. К октябрю 1919 года 1-й Армейский корпус Кутепова взял Воронеж и Курск, но красные стянули на это направление практически все имевшиеся в их распоряжении войска. Кутепов должен был занять Орёл, чтобы продолжать наступление на Москву и в то же время повернуть на юго-запад, на Кромы, где разбить сильнейшую ударную группу противника, заходившую ему в тыл. Силы корпуса оказались разорванными. Командование ВСЮР не смогло создать и обеспечить на данном направлении тот самый мощный «кулак», который смог бы разбить превосходящие силы большевиков.

В тылу Добрармии начались крестьянские волнения. Начальник штаба Деникина генерал Романовский начал спешно снимать с фронта полки и дивизии, посылая их в тыл на усмирение бунтовщиков. Из состава 1-ого Армейского корпуса, перед самым наступлением на Орёл, была выведена Марковская дивизия и направлена для обороны Курска, к которому подходили красные части.

Командующий Добрармией генерал Май-Маевский, за неимением резерва, вместо того, чтобы поддержать Кутепова, превратился в безмолвного зрителя кровавой бойни под Орлом. 13 октября 1919 года Корниловская дивизия, входившая в состав 1-го Армейского корпуса, заняла Орёл. Но разбить мощную группу красных, сосредоточенную у Кром, ей оказалось не по силам. Напротив, ударная группа противника получила оперативную свободу и ударила в тыл кутеповскому корпусу. Уже 20 октября Орёл был оставлен. Добровольческие армии понесли огромные боевые потери. Корниловской и Дроздовской дивизиям с трудом удалось избежать окружения. На «Московской директиве» Деникина был поставлен жирный крест.

В поражении под Кромами и Орлом А.П. Кутепова никто не винил. Современники, а впоследствии и белоэмигрантские историки, как ни странно, высказывали единое мнение: в сложившихся условиях даже самый талантливый полководец не смог бы выиграть этого сражения. Врангель и его сторонники были склонны обвинять в стратегических ошибках деникинское командование. Сам Деникин сетовал на отсутствие резервов, нечёткие действия тыловых служб и недостаточную помощь со стороны союзников.

Принято считать, что в последующем противостоянии Врангель - Деникин А.П. Кутепов сознательно принял сторону Врангеля. В своих воспоминаниях А.И. Деникин говорит, что он окончательно решил оставить пост Главнокомандующего, когда даже генерал Кутепов, с присущей ему прямотой, заявил, что Белое Дело проиграно. К Деникину, пока тот стоял во главе белых армий на юге, Александр Павлович относился с большой симпатией. Деникин тоже считал Кутепова хоть и «гвардейцем», но одним из самых близких ему по духу военачальников. Однако, в данном случае, Александр Павлович сделал свой выбор вовсе не в сторону врангелевцев. Он ничего не имел лично против Деникина, но искренне полагал, что уход прежнего командования необходим, дабы с честью вывести армию из сложившейся ситуации, сохранить жизнь побеждённым, но не сломившимся людям.

Во время трагической эвакуации армии из Новороссийска (март 1920 года) А.П. Кутепов и подчинённые ему части Дроздовской дивизии до последнего дня сдерживали Красную армию на подходах к городу. Когда красноармейцам удалось прорваться в порт, миноносец «Пылкий», на котором в этот момент находился со своим штабом Кутепов, не ушёл с рейда. По приказу генерала, команда миноносца повернула орудия к берегу и до последней минуты прикрывала огнём погрузку на суда гражданских беженцев.

В марте 1920 года генерал Кутепов прибыл в Крым, где был назначен П.Н. Врангелем командиром 1-го Армейского (Добровольческого) корпуса в составе Русской Армии. Корпус участвовал в боях в Северной Таврии. После разделения Русской Армии генерала Врангеля на две армии, 4 сентября 1920 года Кутепов был назначен командующим первой армией.

Эвакуация Русской Армии из Крыма в ноябре 1920 года стала тем событием, которое определило, быть может, многие дальнейшие пути русского Зарубежья. Как замечали потом многие участники «Галлиполийского сидения»,

«Россия на кораблях» могла «высадиться» на «разных берегах». Белая Армия, ещё горячая и расплавленная от последних боёв, могла, застыв, затвердеть и отлиться в разные формы, в зависимости от того, куда, как и кем она будет влита…»

Положение, действительно, было отчаянным. И только воля самого Главнокомандующего и крепкие руки «главного мастера» и исполнителя – А.П. Кутепова – помогли спасти Русскую армию от полного распыления и гибели. Заметим, что не менее многочисленные армии Колчака на востоке, а также печально известная Северо-Западная армия Юденича, брошенная в Эстонии своим командованием, имели куда более трагическую судьбу. Их бывшие воины (кому повезло) смогли потом влиться в формирования врангелевцев за границей, а остальные распылились, сгинули, погибли в эстонских, финских и советских концлагерях.

На практически необитаемых островах Лемнос и Галлиполи (Турция), где союзники позволили разместить беженцев и военных, условия были мало совместимы с человеческой жизнью. В состав 1-го Армейского корпуса генерала Кутепова в Галлиполи были сведены все части Русской Армии, кроме казачьих. Казаки базировались на острове Лемнос. Генералу Кутепову, даже в условиях постоянных физических лишений, голода и всеобщего разочарования, ценой неимоверных усилий удалось сохранить армию как боевую единицу. Правда, возникает вопрос: зачем? Все жизни уже спасены. Вчерашним воинам белых армий, казалось бы, уже ничто не угрожает. Ничто, кроме их собственного отчаяния…

Введение Кутеповым железной дисциплины и самых жёстких мер, вплоть до смертной казни, как ни странно, значительно сократило число самоубийств в лагерях Галлиполи. Для разрешения конфликтов между офицерами был введён дуэльный кодекс, создан клуб, проводились футбольные матчи, издавались газеты. Либерально-демократическая эмигрантская пресса по всей Европе вопила о зверствах тюремщика-Кутепова, не понимая, что сохранением духа Русской Армии он сохраняет жизни тысячам вчерашних белых воинов. «Галлиполийское сидение» на долгие годы сплотило многих из них, позволив почувствовать себя героями, а не забытыми всеми «отщепенцами», ненужными своей стране.

В Галлиполи Кутепов был произведён Главнокомандующим в генералы от инфантерии.

В августе — декабре 1921 года Врангелю удалось добиться перевода корпуса Кутепова в лояльно настроенную к белым Болгарию. Но после падения правительства Стамболийского наиболее активных врангелевцев выслали и оттуда. Ставка Главнокомандующего перебазировалась в Сербию, куда и переехал генерал Кутепов. Вскоре Врангель признал над собой власть Великого Князя Николая Николаевича. В 1924 году А.П. Кутепов был откомандирован в Париж для работы «специального назначения».

Эту работу генерал Фёдор Фёдорович Абрамов назвал «работой по связи с Россией». Уже в 1925-1926 годах Кутепов, вопреки предостережениям П.Н. Врангеля, настаивает на немедленном возобновлении борьбы с большевиками. Обвинив Врангеля в бездействии, он создаёт в составе РОВС нечто вроде глубоко законспирированной «подпольной» организации. В её задачи входила подготовка диверсионных групп для работы в России, проведение террористических актов, налаживание связей с сочувствующими белогвардейцам людьми. Насколько эффективной была деятельность организации, можно судить лишь по её провалам: операции большевиков «Трест» и «Синдикат» позволили выманить в Россию и уничтожить целый ряд эмигрантских политических деятелей. Агенты ИНО ОГПУ проникли в ряды белоэмигрантских военных союзов и объединений. По одной из версий, советским агентам удалось в 1928 году отравить генерала Врангеля, а в 1930 году они выкрали и самого «активиста» А.П. Кутепова.

Здесь следует заметить, что уже после смерти Врангеля, заняв пост председателя РОВС, Кутепов затеял борьбу против членов подчинённых ему военных союзов, которые отказывались участвовать в «террористической» деятельности. В частности, Кутепов сразу же прекратил финансирование II (немецкого) отдела РОВС под тем предлогом, что его начальник генерал-майор А.А. фон Лампе скептически относится к акциям Кутепова в России, считая всю созданную им заграничную резидентуру большевистской провокацией.

Точная дата смерти генерала А.П. Кутепова неизвестна. 26 января 1930 года он был похищен агентами советской разведки в Париже. В операции похищения, как потом выяснилось, были задействованы и завербованные агенты из ближайшего окружения председателя РОВС. В 1989 году была опубликована информация о том, что генерал скончался от сердечного приступа на советском пароходе по пути из Марселя в Новороссийск. Возможно, что приступ спровоцировала большая доза морфия, которую генералу ввели при похищении.

По версии, изложенной в воспоминаниях советского разведчика П.А. Судоплатова «Разведка и Кремль», Кутепов был задержан на одной из улиц Парижа тремя сотрудниками иностранной резидентуры ОГПУ, одетыми в полицейскую форму. Вынужденный сесть с ними в автомобиль, генерал оказал физическое сопротивление и получил ранение ножом, после чего ему ввели избыточную дозу морфия. Кутепов скончался то ли от раны, то ли от сердечного приступа. Был тайно захоронен в саду частного дома, принадлежавшего одному из советских нелегалов в пригороде Парижа.

В данной статье мы совершенно обошли вниманием личную жизнь генерала Кутепова. На взгляд практически всех его биографов, в ней не было ничего хоть сколько-нибудь интересного. Мать Кутепова умерла очень рано, а после смерти названного отца (1912) на попечении Александра Павловича остались его младшие братья и сёстры. Возможно, из-за забот о них личная судьба офицера долго не складывалась. Настоящей семьёй для Кутепова был Преображенский полк. После 1917 года с родственниками он почти не общался, был замкнутым одиночкой, очень тяжело сходился с людьми. О том, как генерал познакомился со своей женой, Лидией Давыдовной (урождённой Кют), не сохранилось практически никаких сведений. Существует мнение, что Кутепов встретил эту женщину в 1918 году, в свою бытность губернатором Новороссийска, а потом вновь увиделся с ней только в Крыму, во время эвакуации из Севастополя.

В романе В. Рынкевича «Мираж» представлена другая версия: якобы командир 1-ого Армейского корпуса обвенчался с Лидией Давыдовной в марте 1920 года. Во время эвакуации армии из Новороссийска в Крым к Кутепову подошла молодая женщина и заявила, что она работала при нём в канцелярии Черноморского генерал-губернатора. Она опасалась репрессий большевиков и хотела уехать, но ей не досталось места ни на одном из транспортов. Чтобы сохранить жизнь бывшей сотруднице, Кутепов назвал её своей женой. Впрочем, эта трогательная история вполне могла быть литературным вымыслом автора. Во всяком случае, до официальной женитьбы А.П. Кутепова биографам не удалось «откопать» в его жизни ни одного сколько-нибудь серьёзного романа или любовной связи. Есть версия, что Александр Павлович неспроста зарекомендовал себя «женоненавистником», для которого долг чести выше всех личных побуждений и семейного счастья. В бою у деревни Петрилово (1915) будущий генерал получил осколочную рану в паховую область. Эта рана давала о себе знать на протяжении многих лет. Тем не менее, в 1925 году у Лидии Давыдовны родился сын Павел. Кутепов-младший в 1944 году в Югославии вступил в Красную Армию, был вывезен в СССР, арестован. С 1960 по 1983 годы работал переводчиком в отделе внешних сношений Московского патриархата.

Елена Широкова

Использованы материалы:

Википедия

Статья М.М. Зинкевича Генерал Александр Павлович Кутепов

Белогвардеец Белоэмигрант Генерал Военный 

Биографический указатель

Идея, дизайн и движок сайта: Вадим Третьяков
Исторический консультант и литературный редактор: Елена Широкова