сегодня11декабря2016
Ptiburdukov.RU

   История подобна гвоздю, на который можно повесить всё, что угодно.


 
Главная
Поиск по сайту
Контакты

Литературно-исторические заметки юного техника

Хомяк Птибурдукова-внука

Биографический справочник


А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


Федор Дмитриевич Крюков

     14 февраля (2 февраля по старому стилю) 1870 года родился Фёдор Дмитриевич Крюков – когда-то известный, но ныне совершенно забытый казачий писатель, беллетрист, педагог, общественный деятель, предполагаемый автор романа «Тихий Дон».

     Сегодняшние читатели, воспитанные на произведениях русских классиков и классиков соцреализма, совершенно не знают писателя Федора Крюкова. Ни в одном из энциклопедических изданий советского периода нет даже краткого упоминания о нем. Это незаслуженно забытое имя начали вспоминать лишь в связи с так называемой проблемой авторства «Тихого Дона». Как известно, некоторыми современниками уже в 1928 году (т.е. сразу после выхода первой книги романа) выдвигалась версия, что произведение о переломных событиях в судьбе донского казачества было написано или начато именно Ф.Д. Крюковым. При этом никому неизвестному, начинающему писателю М. А. Шолохову отводилась в лучшем случае роль соавтора выдающегося произведения XX века, а в худшем – бесспорного плагиатора.

     Версия авторства Крюкова так и не была однозначно подтверждена или опровергнута ни одним из исследователей творчества М.А. Шолохова. Советскому народу вполне хватило одного «воспевателя» практически уничтоженного казачества, который не запятнал себя «порочащими связями» с белыми и к тому же удостоился Нобелевской премии. О произведениях Ф.Д. Крюкова и самом его существовании постарались забыть, вычеркнув имя этого яркого, самобытного автора из истории отечественной литературы. При жизни Ф.Д. Крюков не относился к своему творчеству как к профессии и не искал всероссийской славы: работал учителем, сотрудничал в журналах, занимался общественной деятельностью, в период Первой мировой войны освоил труд санитара передвижного госпиталя. Крюков успел издать лишь один том своих произведений, хотя написанного им хватило бы на десять. Но скромный донской писатель оставил потомкам такую тайну, которая и по сей день не даёт спокойно спать историкам, литературоведам, журналистам и читателям.

Биография


Ф.Д. Крюков

     Родился Федор Дмитриевич Крюков на верхнем Дону в станице Глазуновской, раскинувшейся в низовьях левого притока Дона - Медведицы, в рядовой казачьей семье. Дед писателя, Иван Гордеевич Крюков, был войсковой старшина в отставке. Он оставил сыну в наследство «офицерский участок». Отец Фёдора Крюкова – Дмитрий Иванович, станичный атаман, вахмистр (урядник) действительной службы – родился около 1815 года, в той же станице Глазуновской. Д.И. Крюков неоднократно избирался атаманом станицы и умер в 1894 году, исполняя в этой должности четвертый срок. Мать Акулина Алексеевна, как утверждает писатель и исследователь творчества Ф.Д. Крюкова Ю. Кувалдин, происходила из донских дворян. В семье было двое сыновей – Фёдор и Александр и две дочери – Мария и Евдокия. Александр Крюков с серебряной медалью закончил в Орле гимназию, служил лесоводом в Брянске, в 1920 году был расстрелян органами ЧК.

     Сам Фёдор Дмитриевич Крюков никогда не был женат, но вместе с сестрой Марией они взяли на воспитание мальчика Петра (Петрушу, как ласково его называли в семье). Пётр после смерти приёмного отца отступил с белоказаками, был эвакуирован из Крыма в Турцию, но жизнь его на чужбине не сложилась. Казакоман, поэт, журналист и издатель, он всегда тосковал по родине, умер в эмиграции одиноким и всеми забытым. Судьба сестёр Ф.Д. Крюкова неизвестна.

     В 1880 году Ф.Д. Крюков успешно окончил церковно-приходское училище в станице Глазуновской и продолжил учёбу в окружной станице Усть-Медведицкая (ныне райцентр Серафимович). В ту пору Усть-Медведицкая гимназия была одной из лучших в Области Войска Донского. Здесь казачатам давали глубокие основательные знания не только по государственной программе. Атмосфера казакомании прививала юным воспитанникам любовь к родному краю, традициям казачества, православию. Каждый из гимназистов основательно знал историю своей земли, все подвиги её великих представителей. Вместе с Крюковым в гимназии учились Ф.К. Миронов (будущий красный командарм 2 ранга), А.С. Попов (будущий писатель Серафимович) и Петр Громославский (будущий тесть М.А. Шолохова). Двое последних тоже не были обделены литературными талантами, и, по сведениям биографов Крюкова, практически всю жизнь поддерживали с ним близкие отношения.

Педагогическая деятельность

     Близорукость не позволила Ф. Крюкову стать военным, пришлось делать статский выбор. В 1888 году он поступил на казенное содержание в Императорский Санкт-Петербургский историко-филологический институт. Это учебное заведение было учреждено в Петербурге в 1867 году специально с целью готовить преподавателей гуманитарных дисциплин для гимназий. Здесь получали высшее образование будущие учителя древних и новых языков, словесности, истории, географии. Помещался институт в бывшем дворце императора Петра II (Университетская наб., 11). Лекции читали, как правило, профессора Санкт-Петербургского университета. До 1904 года институт представлял собой закрытое учебное заведение с полным казенным содержанием. Свидетельство об окончании института приравнивалось к диплому университета.

     Фёдор Крюков окончил Императорский институт по разряду истории и географии. Одновременно, еще в годы учебы, Федор Дмитриевич начал заниматься литературной деятельностью, которая постепенно стала основным содержанием его жизни. Пытаясь освободиться от шестилетней обязательной педагогической службы, будущий писатель хотел стать священником, но не получилось. Об этом он выразительно расскажет в воспоминаниях «О пастыре добром. Памяти о. Филиппа Петровича Горбаневского» ("Руские записки", 1915 - № 6).

     В 1893-1905 годах Крюков успешно учительствует в Орле и Новгороде. С 29 сентября 1893 года он воспитатель Благородного пансиона Орловской мужской гимназии. 31 августа 1900 года Фёдор Дмитриевич стал сверхштатным учителем истории и географии, одновременно исполняя прежние обязанности воспитателя. Высочайшим приказом по гражданскому ведомству от 11 октября 1898 года он был утвержден по классу занимаемой должности в чине коллежского асессора. Дополнительно Крюков преподавал историю в Николаевской женской гимназии (1894-98) и русский язык в Орловском кадетском корпусе.

     Интересно, что в те годы Крюков стал воспитателем замечательного поэта Серебряного века Александра Тинякова. Вместе они издавали рукописный журнал. В Орле произошло формирование и становление Крюкова как писателя. Материала и жизненных наблюдений накопилось много.

     Кроме того, Ф.Крюков состоял членом губернской ученой архивной комиссии, вёл методическую работу. В архиве сохранились составленные и написанные им программы по географии и «Примерная программа по русской истории для I-II классов с учебными пособиями», «План преподавания истории» с его замечаниями, а также список рекомендуемой литературы по истории для каталога гимназической библиотеки.

     Опубликование в столичной прессе рассказа о нравах Орловской мужской гимназии («Картинки школьной жизни») вызвало конфликт с коллегами-преподавателями. В 1905 году Крюков уезжает в Нижний Новгород, где был принят на должность сверхштатного учителя истории и географии в Нижегородское Владимирское реальное училище.

     За свою преподавательскую деятельность Федор Дмитриевич был награжден орденами Св. Анны 2-й степени и Св. Станислава 3-й степени, имел чин статского советника, который давал ему право на личное дворянство.

Писатель

     Из глухого угла, которым в те годы была его родная станица, Крюков выбрался на простор «большой» жизни - Орел, Нижний Новгород, Санкт-Петербург... Он печатается в столичных газетах и журналах. Становится известным в литературных кругах, поддерживает общение с В. Короленко, М. Горьким. Но за всем этим ростом прослеживается одна особенность: он не только не порывает со средой, из которой вышел, но внутренняя, глубинная связь его со своей «малой» родиной усиливается и обостряется.

     Развитие России в конце XIX – начале XX века, её модернизация и приобщение к западной цивилизации привели к тому, что верхи правящего слоя все более ощущали себя «европейцами», создавая в столицах соответствующую культурную и социальную среду. Подобным же путем развивалась нарождавшаяся российская интеллигенция, быстро приобщаясь к городской культуре европейского типа, разрывая свои связи с народными низами, из которых она выходила. Истинно казачьих авторов, державшихся за самобытность и «народность», в столицах и крупных городах были единицы.

     Потеря органичной связи и взаимопонимания интеллигенции с простой народной средой остро переживалась писателем Крюковым. Именно эта тема стала центральной в первых его крупных литературных опытах («Казачка», «Дневник учителя Васюхина» и др.). Чувство любви к Дону, к населяющему его народу предопределило последующий жизненный путь Фёдора Крюкова. Он желал помочь своему родному краю, стремился использовать свои знания и способности для улучшения непростой жизни рядового казака - чтобы послужить своей родине. Со временем этой «службой» стала его литературная деятельность. Она, прежде всего, сосредотачивалась вокруг изображения донской жизни и выдвинула Крюкова в первый ряд писателей Дона общероссийского масштаба.

     Основным художественным методом Ф.Д. Крюкова становится подлинный реализм. Как опытный наблюдатель, он подмечал многие пока еще, быть может, малозаметные изменения народной жизни и психологии. Тонкий ум и разностороннее образование позволили писателю увидеть за отдельными фактами цельную, хотя и противоречивую картину народной жизни. А доброе чувство к своим героям, которыми фактически стала вся масса простого народа, неизменно сопровождало его очерки и рассказы, исцеляя душевные раны и врачуя сердца.

Политическая и общественная деятельность

     Федор Дмитриевич регулярно, два-три раза в году приезжал в Глазуновскую. Здесь он участвовал в текущей хозяйственной жизни, в полевых работах, заботился о родных, сохранял активный интерес к станичной жизни, участвовал в ней, реально помогая станичникам в разрешении возникавших трудностей. Все это со временем создало Крюкову высокий авторитет среди казаков и выдвинуло на поприще общественной деятельности.

     В апреле 1906 года Федор Дмитриевич Крюков избирается депутатом Первой Государственной думы от Области Войска Донского. Он зажигательно, ярко выступал в Думе и в печати против использования донских полков для подавления революционных выступлений. Часть исследователей считает, что он был даже одним из учредителей партии «народных социалистов». Во всяком случае, после роспуска Николаем II Думы, Крюков проявил себя как весьма радикально настроенный политический деятель. 10 июля 1907 года в гостинице «Бельведер» он подписал знаменитое «Выборгское воззвание», за что с декабря 1907 года отбыл 3-х месячное тюремное заключение в столичной тюрьме Кресты. (Осужден по ст.129, ч.1, п.п.51 и 3 Уголовного Уложения: за агитационные выступления.) Либеральному народнику Крюкову (вместе с будущим командармом Второй Конной Ф.К.Мироновым) было запрещено проживание в пределах Области Войска Донского. Казаки станицы Глазуновской отправляли прошение войсковому наказному атаману о снятии позорного запрета, но тщетно.

     В 1907 году за участие в революционных волнениях Крюков был административно выслан за пределы Области Войска Донского на несколько лет. Доступ к прежней преподавательской деятельности тоже был закрыт. Выручил друг детства металлург-ученый Николай Пудович Асеев, который устроил писателя помощником библиотекаря в Горном институте.

     В ноябре 1909 года, после смерти П.Ф. Якубовича, с которым был дружен, Крюков был избран товарищем-соиздателем толстого столичного журнала «Русское богатство». Практически все значительные произведения Ф.Д. Крюкова за период 1908-1917 годов опубликованы в этом журнале. Своим литературным наставником и «крёстным» Фёдор Дмитриевич считал писателя В.Г. Короленко, который являлся одним из издателей «Русского богатства». Именно Короленко заметил, что Ф.Д. Крюков «первым дал нам настоящий колорит Дона».

Первая мировая война и революция

     Поздней осенью 1914 года Федор Крюков покинул Донскую область, чтобы отправиться на турецкий фронт. По близорукости он был негоден к строевой службе, но после долгого путешествия добровольно присоединился к 3 госпиталю Государственной Думы в районе Карса. Вплоть до начала 1915 года он находился как представитель комитета третьей Государственной Думы при отряде Красного креста на Кавказском фронте. Зимой 1915-1916 годов с тем же госпиталем оказался в Галиции, исполнял обязанности санитара. Являясь непосредственным очевидцем и свидетелем всех ужасов войны, Крюков пишет много рассказов в журналы и газеты. Его фронтовые заметки «Группа Б» («Силуэты») и очерки о войне печатают лучшие российские периодические издания.

     Февральский переворот 1917 года Крюков встретил в Петрограде. В марте 1917 года он был избран в Совет Союза Казачьих Войск, с первых дней наблюдал за развитием трагических событий: за нарастающей анархией, злобой, волной насилия, захлестнувшими русскую жизнь. Такую революцию, со всей её пошлостью, жестокостью, непредсказуемостью либеральный интеллигент Крюков воспринял негативно. В очерках «Обвал», «Новое», «Новым строем» он показал реальную картину мерзости и разложения, которое несет с собой так называемая пролетарская «революция». В "годину смуты и разврата", когда множество российских душ поддалось соблазну малодушия и предательства, злобы и эгоизма, оправдания "революционного" насилия, Федор Дмитриевич испытание выдержал - остался преданным родине, верным своим идеалам гуманизма и добра. Он не уклонился от выпавшего ему жребия, до последнего своего вздоха активно участвовал в борьбе за восстановление России.

Гражданская война

     В январе 1918 года Крюков навсегда покидает Петроград и уезжает на родину. Но и тихий Дон уже охвачен Гражданской войной. В мае 1918 года Крюков был арестован красноармейцами, затем отпущен по личному приказу Ф. К. Миронова, принял участие в Белом движении. В июне, в одном из наступлений на слободу Михайловку, писатель был легко контужен близко разорвавшимся снарядом. Вплоть до августа 1918 года станицы, расположенные между Себряково и Усть-Медведицкой, переходили из рук в руки. Когда большевики значительно сдали свои позиции на Дону, Крюков был избран Секретарем Войскового Круга Области Войска Донского. Помимо этого, с осени 1918 года он становится директором Усть-Медведицкой мужской гимназии, редактирует правительственные «Донские ведомости», активно печатается в белой прессе. Вероятно, именно в этот период, как свидетельствуют некоторые очевидцы, Крюков и написал основные части романа, посвященные Гражданской войне. О том, что писатель работает над «большой вещью» о казачестве знали в редакции «Русского богатства». Известно это и из той части архива Фёдора Крюкова, которую сохранил его близкий друг детства, соратник по антибольшевистской борьбе на Дону, профессор-металлург Николай Пудович Асеев.

     В советское время петроградский архив Фёдора Дмитриевича хранила племянница Асеева Мария Акимовна. Среди бумаг сохранились ее выписки из писем Ф.Д. Крюкова к Н. П.Асееву тех грозных лет:

     «Коля. Береги архив, он мне будет нужен. Это мое вечное поселение на земле. Там есть некоторые сведения, которые пригодятся кому-либо. Это на случай, если меня не будет... Я не изменю своей веры и своих убеждений до конца своих дней. За это время я столько пережил, столько перестрадал и передумал... Если мне поможет Бог, то я порадую тебя и друзей. Необходимо жить только тем, что хочешь сказать. Я много брожу по нашим садам, степи и любуюсь игрой света и тени. Учусь у природы доброте и терпению. Я каждый день приобщаюсь к чувству прекрасного. Я глубоко верю, что настанет время, когда наш народ победит все...»

     Скончался Федор Крюков в тифозном беспамятстве 20 февраля 1920 года, во время отступления Донской армии. Он был тайно похоронен в станице Новокорсунской на Кубани, могила его безвестна, на ней нет даже креста.

Авторство «Тихого Дона»

     Говоря о Ф.Д. Крюкове, невозможно обойти этот сложный, и по сей день неразрешённый вопрос.

     Биографам и исследователям творчества Крюкова известно, что, начиная с 1912 -1913 года Фёдор Дмитриевич писал большое произведение о Доне. Но литературный архив писателя до нас не дошёл. Донская часть архива (то, что было написано и оставлено Крюковым в Глазуновской и Усть-Медведовской станицах в 1918-1920 годах) пропала бесследно во время Гражданской войны.

     Известно, что Ф.Д. Крюков был назван автором «Тихого Дона» сразу после выхода первой книги романа в 1928 году. Однако в защиту Шолохова выступил весь РАПП. Известные советские писатели (Серафимович, Фадеев и др.) развернули целую кампанию против «злопыхателей», которые не дают пробиться молодому таланту. Было обстоятельно доказано, что пролетарский писатель М.А.Шолохов никогда не знал белогвардейца Ф.Д. Крюкова и не читал ни одного его произведения. Само упоминание имени Крюкова теперь считалось едва ли не преступлением. Очевидно, поэтому не стали ввязываться в спор те, кто помнили и знали творчество Ф.Д. Крюкова. Промолчали и эмигранты (бывший донской атаман и писатель П.Н.Краснов, а также приёмный сын Крюкова Пётр).

     Уже в наше время тему авторства Ф. Крюкова поднял Александр Солженицын в 1974 году в книге «Стремя «Тихого Дона», а позже - Рой Медведев в 1975 году. За последние десятилетия появилась обширная литература, посвященная проблеме авторства романа, но точка в этом вопросе не поставлена до сих пор.

     На наш взгляд, небезынтересной и не лишённой основания выглядит версия писателя Ю. Кувалдина, изложенная в его эссе «Он пел в церковном хоре: «Тихий Дон» Фёдора Крюкова и плагиатор Пётр Громославский» (“Наша улица” №123 (2) февраль 2010).

     Согласно версии Кувалдина, глазуновская часть архива Ф.Д. Крюкова была то ли отдана на хранение, то ли попросту присвоена бывшим однокашником и приятелем писателя Петром Громославским. По свидетельствам очевидцев, Громославский присутствовал при смерти Ф. Крюкова и даже участвовал в его похоронах. Согласно воспоминаниям соседки Крюковых, М. Поповой, сразу после смерти писателя шли разговоры о пропаже рукописи, которую Фёдор Дмитриевич взял с собой при отъезде из Глазуновской. Рукопись так и не отыскалась. Громославский поддерживал дружеские отношения с другим однокашником Крюкова – известным писателем Серафимовичем (Поповым). Возможно, что они решили «обработать» рукопись «белогвардейского» романа Крюкова и опубликовать его под именем зятя Громославского – М.А. Шолохова. Так, по мнению Ю. Кувалдина, родилась до сих пор нераскрытая литературная мистификация, принесшая своим создателям немалый доход.

     Какова была роль самого Шолохова в этом предприятии – неизвестно и по сей день. Одни сторонники версии авторства Крюкова утверждают, что Шолохов сам дорабатывал черновик рукописи, внося свои «прокоммунистические» вставки. Другие приписывают авторство «вставок» Серафимовичу и даже Фадееву. Третьи (Р.Медведев, Ю.Кувалдин) уверяют, что Шолохов вообще был малограмотен и чужд какому бы то ни было литературному творчеству. А все его последующие и предыдущие «произведения» принадлежат перу П. Громославского и его дочери – Марии Петровны Шолоховой (жены М.А.Шолохова). Именно этим объясняется идентичность «вставок» в текст «Тихого Дона» и текста «Поднятой целины». Но Пётр Громославский скончался в 1939 году, и публикация послевоенных произведений М.А. Шолохова в эту версию никак не укладывается…

     Роман «Тихий Дон», по своему эмоциональному настрою, как мы видим, оказывается в одной общей идейной и литературной линии с творчеством Федора Дмитриевича Крюкова последних лет его жизни. Возможно, что эта «идейная линия» была характерна для многих очевидцев событий революции и Гражданской войны. Мотивы «Тихого Дона» легли в основу произведений других (не только казачьих) писателей в эмиграции. С тем же успехом можно обвинять в плагиате и автора романа «За чертополохом» П.Н. Краснова, и А.Н. Толстого, и А.И. Деникина…

     Однозначно обвинить в мародёрстве и даже убийстве Крюкова его бывших соучеников по гимназии (как это сегодня делают некоторые «исследователи») просто не поворачивается язык. Любому здравомыслящему человеку понятно, что за рукописи не убивают. Ни Громославский, ни Шолохов, ни кто-либо другой в 1920 году не смог бы и предположить, что произведение Крюкова будет удостоено Нобелевской премии. Возможно, что рукопись попала к Громославскому случайно. Возможно, сам умирающий Крюков отдал её старому знакомому, не предполагая, что тот решится предъявить её читателю под чужим именем.

     Как бы то ни было, но гениальный роман «Тихий Дон» не погиб в огне Гражданской войны и стал достоянием человечества.

Елена Широкова

По материалам:

Белая гвардия

Юрий Кувалдин «Он пел в церковном хоре»

Литератор 

Биографический указатель

Идея, дизайн и движок сайта: Вадим Третьяков
Исторический консультант и литературный редактор: Елена Широкова