сегодня11декабря2016
Ptiburdukov.RU

   История подобна гвоздю, на который можно повесить всё, что угодно.


 
Главная
Поиск по сайту
Контакты

Литературно-исторические заметки юного техника

Хомяк Птибурдукова-внука

28 октября 1908 года (108 лет назад) на киноэкран вышел первый российский фильм


«Понизовая вольница», сцена из фильма
"Понизовая вольница"
сцена из фильма










     28 октября 1908 года (15 октября по старому стилю) состоялась премьера первого отечественного игрового фильма «Понизовая вольница» («Стенька Разин»), с которого следует вести отсчёт российской профессиональной кинематографии. "Фильму" снял режиссер Владимир Ромашков по сценарию Василия Гончарова в кинокомпании Александра Дранкова - предпринимателя, фотографа и кинопродюсера.

Александр Осипович Дранков
Александр Осипович Дранков



     Александр Осипович Дранков накануне революции 1905 года был собственником небольшой фотографии в Петербурге. Человек огромной энергии, предприимчивости и игрок по натуре, он не мог удовольствоваться занимаемым положением. Откуда-то раздобыв деньги, Дранков отправился в Англию закупить оборудование, которое бы позволило ему опередить своих конкурентов. И это ему удалось. Из Лондона Дранков привез электроосветительную аппаратуру для фотоателье, новинку фотографической техники — зеркальную камеру, еще неизвестную в России, и… удостоверение фотокорреспондента крупнейшей английской газеты «Times».

     В те годы в Петербурге, как и во всей России, фотографии устраивались в застекленных павильонах и  работали исключительно при естественном дневном свете. Открыв несколько электрофотографий, Дранков стал одним из самых преуспевающих фотографов Петербурга. Однако еще больший успех ему обеспечила зеркальная камера, позволявшая делать самые разнообразные, в том числе спортивные съемки. Ряд удачных снимков, сделанных Дранковым новой камерой, принес ему не только звание «поставщика двора его величества», но и возможность посылать фотографии кроме «Times» во влиятельный французский журнал «Illustration» и ряд других отечественных и иностранных изданий. После революции 1905 года Дранков стал думским фоторепортером. Так он одним ударом завоевал деньги, положение и известность.

     Но Дранков не был из тех людей, которые могут удовольствоваться достигнутым. Огромное распространение кинематографов (в 1907 г. в Петербурге только на Невском проспекте было несколько десятков «иллюзионов») не давало ему покоя. Дранков обладал хорошим чутьем и понимал, что настала пора для возникновения отечественного производства фильмов. И он решил поставить на новую карту. В № 1 первого в  России кинематографического журнала «Сине-фоно», вышедшем осенью 1907 года, он опубликовал следующее широковещательное объявление:

Первое в России
(при т. «Модерн» В. Казанского)
СИНЕМАТОГРАФИЧЕСКОЕ АТЕЛЬЕ
под ведением известного фотографа
при Госуд. Думе
А.О. ДРАНКОВА
Выделка лент для синематографов
Сюжеты злободневные! События России и окраин!
Виды городов и деревень!
Каждую неделю новые сюжеты!
По желанию снимки могут быть сделаны и в других городах.

     Многообещающая реклама отнюдь не отражала подлинное состояние дела. Фактически еще ничего не было, когда публиковалось это объявление. Не было ателье, не было ни новых, ни старых сюжетов, не было и снимков, сделанных не только в других городах, но и  в Петербурге. Был только съемочный аппарат и фотоателье, служившее Дранкову кинолабораторией. Была неуемная энергия ловкого и неразборчивого дельца.

     Но и этого оказалось достаточно. Пользуясь связями опытного фоторепортера, Дранков выпускает сюжет за сюжетом, стараясь, правда, снимать в Петербургской или смежных с нею губерниях. Хуже обстоит дело с продажей этих сюжетов, ибо Пате и Ханжонков, видя в Дранкове опасного конкурента, отказываются их покупать или принимать на комиссию. Но на первых порах, когда тиражи картин были еще незначительны, Дранков сам справлялся с  их распространением.

     Успех Пате не давал покоя Дранкову. Он метался в поисках сенсации. Он зафиксировал на пленку «Пожар в Петербурге» — один из первых в России «сенсационных» сюжетов кинорепортажа. Учитывая популярность в те годы французской борьбы, он заснял фильм «Решительная (французская) борьба Луриха с Мустафой». Он отправился в Москву для съемки киноочерка о людях московского дна  — «Московский Хитров рынок». Затем, поняв, что название выбрано неудачно, он, спекулируя на имени Горького, выпустил киноочерк повторно под другим названием — «Бывшие люди. Типы М. Горького».

     Но вот наконец Дранкову удалось добиться того, что о его съемках стала говорить вся Россия. Добившись поддержки С. А.  Толстой, он заснял «День восьмидесятилетия Л. Н. Толстого», впервые запечатлев на пленку облик гениального писателя. А через два с половиной месяца после этого он выпустил первый русский игровой фильм «Понизовая вольница» («Стенька Разин»).

     Благодаря поразительной предприимчивости и постоянной погоне за сенсацией Дранков оставил заметный след в  дореволюционной кинематографии. Одновременно с верноподданнической хроникой он снимал картины голода в Поволжье — хроникальные сюжеты, встреченные в  штыки монархической прессой и, несмотря на свою буржуазно-филантропическую окраску, все же напоминавшие о трагедии, постигшей в 1911 году миллионы крестьян. Наряду с такими «сенсациями», как «Случай холеры на катке в Петербурге», он выпускал кинематографические экранные сборники «Обозрение России», отображающие быт народов нашей родины и картины ее природы. Однако в хронике он не преуспел в производстве игровых картин, на которое он почти полностью перешел в 1912 году.

     Это, безусловно, самая типичная и самая яркая фигура кинематографического дельца дореволюционных лет. Невежество, авантюризм, сомнительная чистоплотность в ведении денежных дел сочетались в нем с необыкновенной энергией, с неуемной жаждой разбогатеть, с готовностью бросить на  карту все достигнутое ради очень сомнительного шанса на выигрыш. Новое дело, кинематограф, привлекало к себе прежде всего темных дельцов, ибо возникло оно как балаганный промысел, правда, приносящий громадные барыши. И люди, занимавшиеся кинопредпринимательством, нередко скрывали источники своих доходов, как это делали владельцы публичных домов. Когда в 1911 году журнал «Сине-фоно» попытался поместить фотографию группы кинематографических дельцов, собравшихся на какое-то совещание, выяснилось, что ни один из них не хочет фотографироваться для печати. Действительно, всем им было чего «стесняться». Было чего «стесняться» и  Дранкову. Но он не стеснялся. В отличие от большинства дельцов его типа он действовал в открытую.

     Первым постоянное производство фильмов России организовал А. Дранков. Но, несмотря на свою поразительную предприимчивость и изворотливость матерого спекулянта, он так и не смог выйти в ряды ведущих кинопредпринимателей, потому что не имел собственного проката. В условиях, когда в репертуаре один русский фильм приходился на сотню иностранных, заниматься только производством было чрезвычайно трудно.

     Благодаря своему поразительному нюху Дранков раньше других сумел понять причины успеха «Донских казаков» и решил добиться еще большего успеха, выпустив на экран не документальный, а игровой фильм из русской жизни. Так в 1908 году в русских кинотеатрах появилась первая отечественная игровая кинокартина — «Понизовая вольница» («Стенька Разин и княжна») — экранизация народной песни.

     Строго говоря, фильм «Понизовая вольнца» был не первым игровым фильмом русской кинематографии. Еще в 1907  году и Дранков, и другие кинопредприниматели делали первые попытки заснять игровые фильмы. Но эти фильмы были зафиксированными на пленку фрагментами театральных спектаклей и потому должны быть скорее отнесены к числу документальных.

     Дранков был типичным кинематографическим гангстером. Узнав о том, что мелкий делец М. Быстрицкий, так же, как и  он, специализировавшийся на бульварной кинопродукции, получил согласие А. Амфитеатрова на экранизацию романа «Марья Лусьева», он быстро состряпал собственную киноинсценировку, рассчитывая и заработать на «соблазнительном» сюжете, и одновременно нанести убыток своему конкуренту.

     Несмотря на то, что это вызвало скандал и что Амфитеатров выступил на стороне Быстрицкого, Дранков добился своего, так как авторское право тогда не распространялось на кинематограф. Однако и сам Дранков оказался жертвой вовсе мелких кинематографических гангстеров из фирмы «Кинолента», которые после выхода четырех серий «Соньки — золотой ручки» переманили исполнительницу заглавной роли актрису Гофман и выпустили пятую, последнюю серию этого кинодетектива.

     Попытки срыва постановок конкурентов стали настолько частыми, что в кинематографическом жаргоне появилось специальное словечко — «срыв».

     Первым мастером «сенсаций» и «срывов» был Дранков. Никто не умел так, как он, делать кинематографический бизнес на эксплуатации самых отсталых и низменных вкусов зрителей. Никто не умел так, как он, досадить своему конкуренту. Однако при всем своем невежестве Дранков был неглуп; он понимал, что вкусы и требования зрителей меняются и что одной бульварщиной ему не прожить. Поэтому и он делал неоднократные попытки привлечь к участию в работе своих ателье талантливых и известных деятелей театра. В их числе были и А. Таиров, поставивший у Дранкова фильм «Мертвец» (по К. Лемонье), и И. Певцов, снимавшийся в фильме «Тот, кто получает пощечины». В 1916  году Дранков предложил пост главного режиссера своей фирмы сперва Н. Собольщикову-Самарину, а затем К. Марджанову. Последний, не разобравшись, с кем он  имеет дело, неосторожно принял это предложение. Однако сколько-нибудь тщательно работать над новыми фильмами в ателье Дранкова было невозможно; поэтому Таиров и Марджанов сделали у Дранкова только по одной постановке, Певцов снялся в одном лишь фильме, а Н. Собольщиков-Самарин к работе даже не приступал.


ГИНЗБУРГ С. Кинематография дореволюционной России. М., 1963.
источник Энциклопедия отечественного кино


Идея, дизайн и движок сайта: Вадим Третьяков
Исторический консультант и литературный редактор: Елена Широкова