сегодня26июня2017
Ptiburdukov.RU

   Единственный наш долг перед историей - это постоянно ее переписывать.


 
Главная
Поиск по сайту
Контакты

Литературно-исторические заметки юного техника

Хомяк Птибурдукова-внука

Белов А.В. Рождество Христово


А. Белов

РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО

Издание второе

Издательство политической литературы
Москва · 1975

Белов А. В.
Б43 Рождество Христово. Изд. 2-е. М., Политиздат, 1975.
80 с (Беседы с верующими).
   Эта книга — об одном из главных христианских праздников, рождестве Христовом. В евангельских рассказах очень образно описывается рождение Иисуса Христа. Но можно ли верить этим рассказам?
   Основываясь на последних открытиях ученых, на многолетних поисках пытливых исследователей истории христианства, автор поведал читателю действительную историю происхождения мифа о рождестве и возникновения праздника рождества Христова. В брошюре показывается, какой вред приносят рождественские проповеди в наши дни, кому служит культ Иисуса Христа.
   Книга написана очень доходчиво, популярно. Она заинтересует самые широкие круги читателей.
  10509—351
Б ---------- Заказ «Союзкниги»                        293
  079(02)—75
© ПОЛИТИЗДАТ, 1974 г.

СОДЕРЖАНИЕ

БЫЛ ЛИ ХРИСТОС?4
РОЖДЕНИЕ РОЖДЕСТВА31
НА СЛУЖБЕ ЦЕРКВИ45
С ХРИСТОМ ИЛИ БЕЗ ХРИСТА?65

Рождество Христово... Я стою в православном храме во время праздничного богослужения и смотрю на лица верующих, заполнивших церковный зал. Как легко и доверчиво принимают на веру эти люди рассказы служителей культа о рождении богочеловека Иисуса Христа!

Рождение сына божьего, спасителя человечества... Для верующих людей это — важнейшее событие. И не случайно церковнослужители называют рождество Христово «матерью всех праздников». Один из отцов церкви, Григорий Богослов, писал, что в этом торжественном для верующих дне «имеют начало и основание свое и богоявление и священная пасха, и вознесение господне, и пятидесятница. Если бы Христос не родился по плоти, то и не крестился бы, а это праздник богоявления; и не пострадал бы, а это пасха; и не послал бы святого духа, а это пятидесятница».

Задумываются ли верующие над тем, действительно ли было рождение Христа? Действительно ли в основе праздника лежит реальное событие? А ведь задумавшись над этим, они поняли бы многое из того, что скрыто от их глаз за внешней торжественностью и красотой церковных служб, обрядов и ритуалов, за теми порой занимательными историями, которые рассказывают в храмах служители религии.

БЫЛ ЛИ ХРИСТОС?

Вифлеемское чудо

Служители религии утверждают, что праздник рождества Христова установлен в память действительного события — рождения сына божьего Иисуса Христа.

Единственный источник, откуда мы черпаем сведения об этом «событии» — «священное писание», главным образом четыре евангелия — от Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Обратимся к ним.

Вот как начинается в Евангелии от Матфея рассказ о рождении божественного младенца:

«Рождество Иисуса Христа было так: по обручении матери его Марии с Иосифом, прежде нежели сочетались они, оказалось, что она имеет во чреве от духа святого.

Иосиф же, муж ее, будучи праведен и не желая огласить ее, хотел тайно отпустить ее.

Но, когда он помыслил это — се ангел господень явился ему во сне и сказал: Иосиф, сын Давидов! Не бойся принять Марию, жену твою; ибо родившийся в ней есть от духа святого.

Родит же сына, и наречешь ему имя: Иисус, ибо он спасет людей своих от грехов их...

...Встав от сна, Иосиф поступил, как повелел ему ангел господень, и принял жену свою.

И не знал ее, как наконец она родила сына своего первенца, и он нарек ему имя: Иисус...»

(гл. 1,ст. 18-21,24,25).

Далее евангелие повествует о том, что, когда Иисус родился в Вифлееме иудейском, с Востока пришли в Иерусалим волхвы. Они заявили, что будто видели ярко вспыхнувшую в небе звезду, которая указала им на рождение царя иудейского.

Правивший в те времена царь Ирод призвал к себе волхвов и попросил разыскать то место, где родился Иисус. Волхвы отправились в Вифлеем. Путь им освещала звезда, которая двигалась по небу к месту рождения младенца.

Ирод хотел погубить младенца, в котором видел соперника: ведь волхвы говорили ему о рождении царя иудейского. Однако коварный замысел Ирода не удался: Иосиф и Мария успели спастись бегством в Египет...

Миллионы верующих на земном шаре верили и верят до сих пор этой истории, рассказанной в евангелиях. Достаточно же задуматься над ней, чтобы поразиться той неуемной фантазии, которой обладали ее сочинители.

Как может, например, примириться здравый смысл с рассказом о «чудесном» рождении Иисуса в результате «непорочного зачатия»?

Это понимают и сами богословы. Потому-то они и называют появление «бога во плоти» великой тайной, «недоступной и непостижимой для ума человеческого и только верующим сердцем приемлемой».

Или другое. По рассказам евангелистов, в момент рождения Христа на востоке вспыхивает звезда, которая указывает волхвам на рождение царя иудейского. Разве не напоминает это сказку?

Да это и есть сказка, появившаяся в те далекие времена, когда люди верили, что с рождением на свет нового человека в небе зажигается новая звезда. Ученые давно доказали, что ничего подобного не было и быть не может. В евангелиях, написанных много столетий назад, нашли отражение верования тех далеких лет, в том числе и это фантастическое представление наших предков.

А может ли примириться человеческий разум с рассказом о том, как звезда двигалась по небу, показывая волхвам путь к месту рождения Иисуса?

Если спросить об этом ученых, которые занимаются изучением происхождения и жизни небесных светил, они тоже смогут ответить одним лишь словом: «Сказка!»

Подобных сказок в Библии множество. С первых же слов, почерпнутых из евангелий, мы сталкиваемся с удивительными вещами, с которыми не может примириться рассудок. Уже эти первые события из жизни Христа, о которых повествуют евангелисты, заставляют задуматься над достоверностью евангельских рассказов о сыне божьем.

Земная история Иисуса Христа

Продолжим чтение евангельских текстов и проследим за историей жизни Иисуса Христа, рассказанной в «священном писании». Шаг за шагом, страница за страницей мы будем все больше убеждаться в неправдоподобности повествований евангелистов.

Не будем останавливаться на описании юных лет Иисуса. Начнем с его проповеднической деятельности.

«И ходил Иисус по всей Галилее, уча в синагогах... и проповедуя евангелие царствия и исцеляя всякую болезнь и всякую немощь в людях»,— читаем мы в Евангелии от Матфея (гл. 4, ст. 23).

В евангелиях можно найти рассказы о совершенно невероятных чудесах, которые якобы творил сын божий. Он превращал простую воду в вино, ходил по воде, укрощал бурю, исцелял безнадежных больных, более того — воскрешал мертвых.

Трудно, невозможно принять разумом евангельские рассказы о чудесах. Их можно принять только на веру, чего и требуют служители церкви: верить, слепо верить во все, чему учит религия, какими бы неправдоподобными ни были эти поучения.

Деятельность Христа, согласно евангельским рассказам, заканчивается трагически. Власти Иерусалима схватили Иисуса. Его обвинили в том, что он именовал себя «царем иудейским». Суд правителя Иудеи Понтия Пилата приговорил Христа к смерти. И сын божий, претерпев мучения и унижения, был распят на кресте.

Однако и тут произошло чудо. На третий день после смерти Иисус Христос воскрес, а затем живым вознесся на небо. Своей мученической смертью он искупил грехи человеческие, явился спасителем рода людского.

Такова история Иисуса Христа, рассказанная евангелистами. Каждому, кто прочтет ее, она покажется совершенно неправдоподобной. «Но не забудьте, — говорят служители культа,— что речь идет не о простом человеке, а о божестве. Разве с ним не могло случиться чуда?»

И все же давайте представим, что в наши времена на земле появился религиозный проповедник, который бы творил подобные чудеса. Это вызвало бы подлинную сенсацию. О нем говорили бы, писали. И, конечно, многое об этом удивительном явлении дошло бы до наших потомков через грядущие века, через многие тысячелетия.

Если же обратиться к современникам предполагаемой жизни Иисуса Христа, то мы ни у кого из них не прочитаем о чудесах сына божьего. Ни в одном из нехристианских сочинений «современников» Христа не упоминается даже его имя. Между тем таких сочинений до нас дошло немало. Достаточно назвать труды римского философа Сенеки, еврейского мыслителя Филона Александрийского, римского мыслителя Плиния Старшего и многих других.

Эти люди с интересом следили за жизнью современной им Палестины. В своих сочинениях они описали даже очень незначительные события, а вот о сыне божьем, который воскрешал мертвых и укрощал морские бури, у них нет ни слова. По какой же причине?

Само духовенство понимает, что подобные вопросы требуют ответа. Поэтому церковнослужители пытаются доказать, что личность Христа вовсе не должна была бы интересовать мыслителей прошлого. «Почему о Христе должен был писать Плиний Старший? — спрашивают они. — Ведь он прежде всего интересовался минералогией, ботаникой, космографией и т. п. При чем здесь Христос?»

Служители религии забывают о том, что Плиний Старший интересовался всем, что окружало его: наукой, культурой, бытом народов. Один из разделов его «Естественной истории» посвящен истории человечества. Разве мог бы он не упомянуть о таком исключительном проповеднике, как Христос?

Говоря о причинах, почему личность Христа не могла интересовать Филона Александрийского, богословы ссылаются на то, что Филон жил не в Палестине, а в Александрии, причем тогда, когда христианство еще не проникло в Египет. Но ведь Египет был тесно связан с Палестиной и, конечно, «чудесное» появление богочеловека в Палестине стало бы известно египтянам.

Не выдерживает критики и тот аргумент богословов, что Филон Александрийский был, дескать, не историком, а философом, который «был очень далек от того, чтобы интересоваться новой сектой, появившейся в Палестине». При этом опускается тот факт, что Филон Александрийский был автором сочинения «Письмо к Гаю», повествующего о правлении в Иудее Понтия Пилата. Описывая деятельность прокуратора Иудеи, Филон умалчивает о Христе, который, согласно евангелиям, жил в дни правления Пилата и был им казнен.

Так разбиваются аргументы служителей религии, довольно настойчиво искавших «опровержения» данных, которыми располагает наука.

Правда, христианское духовенство часто ссылается на еврейского историка Иосифа Флавия, в частности на его книгу «Иудейские древности», где упоминается имя Христа.

В одном месте говорится о «человеке мудром» по имени Христос, но говорится в таких восторженных тонах, что это место сразу же вызывает сомнение. Иосиф Флавий был правоверным иудеем. Мог ли он так писать о христианском проповеднике, основателе христианской религии? Все дело в том, что позднейшие христианские переписчики сочинений Флавия сделали вставку, но сделали это слишком неумело. Сами же богословы вынуждены порой признавать, что Флавий так писать бы не стал. В одной из богословских работ, в книге Юлии Данзас «Католическое богопознание и марксистское безбожие», вышедшей в Риме на русском языке, автор под давлением фактов «соглашается», что «второе упоминание о Христе у Флавия Иосифа более сомнительно».

Ну а как быть с упоминанием в «Иудейских древностях» некоего «Иакова, брата Иисуса, именуемого Христом». Не может ли это служить доказательством историчности Иисуса Христа? Совсем нет.

В те времена имя Иисус было довольно распространено, и нет ничего удивительного, что оно встречается у Флавия. К тому же древний историк ни словом не обмолвился о том, что Иисус Христос, о котором идет у него речь,— сын божий, богочеловек, посланный на землю ради искупления грехов человеческих. Он не говорил даже о том, что Иисус — выдающийся религиозный проповедник. А если бы Христос был действительно примечательной личностью, то вряд ли об этом умолчал бы Иосиф Флавий.

Итак, нехристианские сочинения не содержат никаких сведений о земной жизни богочеловека Иисуса Христа. Случайность ли это? Вряд ли.

А христианские источники? Почему им нельзя доверять?

Здесь нужно иметь в виду, что богословы обычно ссылаются на два вида источников. Один — «священное писание», другой — сочинения различных христианских авторов.

О последних следует прямо сказать, что все они — будь то писания Иустина, или Тертуллиана, или другие — появились на свет на несколько столетий позже того времени, когда предположительно жил Христос. Их авторы не были «современниками» Христа, а потому едва ли можно доверять их описаниям событий, связанных с его жизнью.

Ну а евангелия?

Давайте обратимся к этим повествованиям о земной жизни Христа.

Правда или ложь?

Когда мы имеем четыре разных рассказа об одном и том же событии, одинаково претендующих на достоверность, но противоречащих друг другу, невольно возникает вопрос: какому из них верить?

Примерно в такое же положение мы попадаем, знакомясь с евангелиями.

В Новом завете, как известно, имеются четыре евангелия — от Луки, от Матфея, от Марка и от Иоанна. Богословы утверждают, что содержание этих книг продиктовано самим богом, что книги эти «боговдохновенны». Если же мы последовательно перечитаем их, то обнаружим такое множество противоречий в повествовании о жизни Христа, что перечислить их в книге при всем желании не смогли бы. В качестве примера можно остановиться на нескольких.

Начнем с родословной Иисуса Христа. Она настолько противоречиво излагается евангелистами, что можно только диву дивиться. Например, в Евангелии от Матфея дедом Иисуса назван Иаков. В Евангелии от Луки — Илия. Матфей от Авраама до Иисуса насчитывает сорок два поколения, а Лука — пятьдесят шесть. Как же тут не задуматься, кому из евангелистов верить?

Не вносят ясности евангелия и в вопрос, где родился Христос. Обычно церковники местом его рождения называют Вифлеем, ссылаясь на Евангелие от Матфея. Но вот в Евангелии от Луки Иисус часто именуется «назореем», «назорянином». И это не случайно. Ведь, если верить этому евангелию, местожительством Иосифа и Марии был город Назарет. Именно в Назарете, по рассказу евангелиста, архангел Гавриил явился Марии. В Вифлеем же родители Христа отправляются только на перепись населения, которую проводил Квириний. Так откуда же родом Христос, из Вифлеема или Назарета?

Противоречиво повествуют евангелисты о бегстве Иосифа и Марии в Египет от преследований царя Ирода. В Евангелии от Матфея утверждается, что родители Христа бежали в Египет, а евангелист Лука ничего не говорит о бегстве «святого семейства». Напротив, он отмечает, что божественный младенец был в это время в Иерусалиме.

По-разному говорится в евангелиях о крещении Христа. В евангелиях от Марка и от Матфея указывается, что Иисус был крещен самим Иоанном Предтечей: «Тогда приходит Иисус из Галилеи на Иордан к Иоанну — креститься от него... Иоанн допускает его»,— читаем мы у евангелиста Матфея (гл. 3, ст. 13, 15). Лука же сообщает иное: будто во время крещения Христа Иоанн находился в темнице («Ирод же, четвертовластник... заключил Иоанна в темницу. Когда же крестился весь народ, и Иисус, крестившись, молился: отверзлось небо, и дух святый нисшел на него...». Лука, гл. 3, ст. 19, 20 —22).

После крещения, как указывает Матфей, Иисус сразу же уходит в пустыню. Он постится там сорок дней и сорок ночей. А евангелист Иоанн утверждает, что не в пустыню отправился Иисус, а гулять на свадьбе в Кане галилейской. После этого провел он немного дней в Капернауме, а затем отправился в Иерусалим.

Уже приведенные примеры говорят о том, насколько противоречивы эти «боговдохновенные» книги. А раз так, то можно ли принимать их как исторический источник?

Правда, богословы и здесь пытаются отрицать очевидное. В поисках выхода из положения они прибегают к довольно шатким аргументам. Так, уже упоминавшаяся Ю. Данзас, признавая противоречивость евангелий, пишет: «Автор боговдохновенной книги пишет не под диктовку, он не повторяет бессознательно, как медиум, внушенное ему слово, он остается самим собою, он не претерпевает перелома своей психики, своего мировоззрения, и то, что ему внушено, он передает своими словами, по мере своего разумения. Оттого в наших священных книгах ярко проявляются особенности творчества каждого автора; отсюда и неоднородность этого творчества. Каждый евангелист описывает то, что он видел или слышал от очевидцев; тут, конечно, сказывается и то, как он сам воспринял виденное и слышанное. Если даже только с этой точки зрения смотреть на наши евангелия, то увидим, что некоторые мелкие расхождения в них были так же необходимы и естественны, как вообще в рассказах очевидцев о любом событии...»

Вряд ли подобное рассуждение может показаться убедительным. Если евангелия «боговдохновенны», если сам бог внушил их сочинителям, то, несмотря на особенности каждого из них, таких противоречий, конечно, не должно быть.

И еще. Два очевидца одного и того же события действительно могут несколько разойтись в его описании, причем, конечно, в незначительных деталях. Но если они на самом деле были очевидцами, то может ли один из них писать, что «святое семейство» спасается бегством в Египет, а другой — что оно продолжает жить в Иерусалиме? Может ли один утверждать, что Христос уходит поститься в пустыню, а другой — что он отправляется пировать на свадьбу?

Рассуждения богослова опровергаются и тем, что противоречия обнаруживаются не только в описании каких-то событий из жизни Иисуса Христа, но и в изложении его учения. С одной стороны, в Евангелии от Луки он поучает: «Благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас. Ударившему тебя по щеке подставь и другую; и отнимающему у тебя верхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку» (Лука, гл. 6, ст. 28, 29), а с другой, в Евангелии от Матфея, он говорит совсем противоположное: «Всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь» (гл. 7, 19).

В Евангелии от Марка Христос поучает: «Почитай отца своего и мать свою» (гл. 7, ст. 10). В Евангелии от Луки приводится совсем иное поучение: «Если кто приходит ко мне и не возненавидит отца своего, и матери, и жены, и детей, и братьев, и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть моим учеником» (гл. 14, 26).

Поучению «Ибо кто возвышает себя, тот унижен будет» (Матфей, гл. 23, ст. 12) противоречит другое поучение — «Вы от нижних, я от вышних» (Иоанн, гл. 8, ст. 23). Какому же из этих поучений должны следовать верующие христиане?

У Матфея приведены слова Иисуса: «Не думайте, что я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел я, но исполнить» (гл. 5, ст. 17). Если обратиться к поучениям «сына божьего», которые содержатся в евангелиях, то окажется, что они сплошь и рядом противоречат «закону», т. е. заповедям, о которых говорится в Ветхом завете. В этом не трудно убедиться, если сравнить ветхозаветные заповеди с поучениями Иисуса в Новом завете.

Как же объяснить подобные противоречия?

Дело все в том, что христианская религия складывалась не год, не два, а столетия. В ней нашли отражение представления, верования разных поколений, представителей разных классов. Если в самом начале христианство зародилось в среде неимущих, бедноты, рабов, то впоследствии в ряды приверженцев новой религии вошли и богатеи. А это, конечно, не могло не наложить отпечаток на те представления, которые мы встречаем в христианской литературе, в частности в евангелиях.

В евангелиях имеются не только противоречия. В них очень много исторических ошибок, хронологических неувязок, которые, естественно, вызывают недоверие к писаниям евангелистов. Например, в Евангелии от Матфея говорится, что Христос родился при царе Ироде. Но историческая наука установила, что Ирод умер в 4 г. до н. э., т. е. за 4 года до предполагаемого рождения Христа.

В Евангелии от Луки отмечается, что Христос родился при римском наместнике Сирии Квиринии. Однако мы имеем достоверные источники, указывающие, что Квириний стал наместником только через десять лет после смерти Ирода.

В том же евангелии говорится, что Иосиф с беременной Марией отправились в Вифлеем на перепись населения. Но, по свидетельству историков, первая перепись в Иудее была только в 7 г. н. э., причем это была перепись имущества, а не людей. До этого же никаких переписей в Иудее не было.

Евангелист Иоанн упоминает о том, что в Иерусалиме в то время, когда судили Христа, было два первосвященника — Анна и Каиафа. Согласно же историческим источникам в Иерусалиме никогда не было двух первосвященников, а всегда был только один. Что касается первосвященников, которые упоминаются в евангелиях, то, как это установлено, Анна был первосвященником в 6—15 гг., а Каиафа — с 18 по 36 г.

Подобных исторических нелепостей в евангелиях много. Можно ли в таком случае считать евангелия надежным историческим источником? Не случайно один из «отцов церкви», Агвустин, писал: «Я бы не поверил евангелию, если бы меня не обязывал к этому авторитет церкви».

Итак, мы приходим к вполне определенному выводу: евангелиям доверять нельзя.

Как же родился Христос?

Верующие люди вправе поставить вопрос: если Христа в действительности не было, то как же родился этот образ в сознании людей, как овладел он миллионами верующих?

Наука вполне определенно и убедительно отвечает на этот вопрос. Она прослеживает шаг за шагом весь долгий путь формирования образа «небесного спасителя» Иисуса Христа.

Само возникновение христианства, как и любой другой религии, было вызвано земными, а вовсе не небесными причинами. Оно зародилось в Римской империи среди рабов, беднейших слоев населения, которые жестоко угнетались рабовладельцами. Тяжкий подневольный труд, лишения, бесправие делали жизнь этих людей невыносимой. Раб, в глазах угнетателей, был рабочим скотом, «говорящим орудием», он не имел никаких прав, кроме одного: в поте лица своего от зари до зари гнуть спину на хозяина, без всякой надежды на будущее, на лучшую жизнь.

Ненависть рабов к угнетателям не раз выливалась в вооруженные выступления против рабовладельцев. До наших дней дошли сведения о десятках восстаний рабов, потрясавших могущественную Римскую империю.

В 137—132 гг. до н. э. вспыхнуло восстание на острове Сицилия. Менее чем три десятилетия спустя на Сицилии вновь разгорелось пламя народной войны. В 133 г. до н. э. вспыхнуло продолжавшееся 3 года восстание в Малой Азии. А кто не слышал о восстании Спартака, этого выдающегося героя далекого прошлого?

Но все попытки рабов своими силами изменить существующее положение окончились поражением. Восстания были потоплены в крови. И постепенно таяли надежды на лучшее будущее, на лучшую жизнь.

Теряя надежду добиться счастья борьбой против угнетателей, люди все чаще обращали взоры к небу. Если нельзя улучшить свою жизнь собственными силами, остается лишь надеяться на то, что это сможет сделать всесильное божество, которое освободит обездоленных и угнетенных. Так возникала вера, что избавление от тяжелой жизни, от невзгод принесет не земной, а небесный спаситель.

Им не мог стать никто из богов, которым поклонялись в те времена. Все старые боги, в глазах бедноты, покровительствовали рабовладельцам. Бедным нужен был новый бог, бог-спаситель. Таким богом стал Иисус Христос.

Образ Христа родился не на пустом месте. Создавая его, люди заимствовали многие черты дохристианских богов, использовали различные древние мифы и легенды. Об этом убедительно свидетельствует сходство Христа со многими дохристианскими богами. Советские исследователи истории христианства Е. Ярославский и Ф. Путинцев приводят 84 моменвд из древних легенд, которые поражают своим сходством с евангелиями. Задолго, за сотни и тысячи лет до возникновения христианства существовали у разных народов — египтян, индусов, персов, китайцев, евреев, ассирийцев, греков и др. — сказания о богах, в которых имеется почти все, что впоследствии христианские писатели записали в евангелиях о рождении, жизни, смерти, воскресении Иисуса Христа.

Обратимся к одному из первых эпизодов «земной биографии» Христа — рождению Иисуса в результате непорочного зачатия. Христианские богословы часто подчеркивают, что уже это «чудесное» рождение свидетельствует о божественной сущности Христа. На самом же деле сказка о непорочном зачатии заимствована христианами из древних религий, которые существовали задолго до христианства.

Ученик К. Маркса Поль Лафарг, занимавшийся историей христианства, писал, что миф о непорочном зачатии уходит своими корнями глубоко в историю. Древние люди, не умевшие объяснить многие явления окружающего мира, не знали и причины рождения ребенка. Они думали, например, что ребенок может родиться у женщины от проглоченного предмета, или прибегали к другим подобным фантазиям.

Возникновение мифов о непорочном зачатии богов безусловно было связано и со стремлением древних подчеркнуть божественную сущность небесных покровителей, отделить их от живущих на земле. Боги есть боги, и даже рождаться они должны совсем не так, как простые смертные. Существовало много дохристианских мифов о рождении богов в результате непорочного зачатия. Так, по древним верованиям, родился и фригийский бог Аттис от девственной матери Намы. Так появился индийский Будда и многие другие боги, которым поклонялись наши далекие предки еще до возникновения легенды о Христе.

В евангелиях говорится о том, как при рождении Иисуса ангелы возвестили пастухам, что родился спаситель мира. Примерно то же мы встречаем в древнеегипетском мифе о рождении Осириса. Когда появился на свет этот египетский бог, могучий голос с неба возвестил, что родился владыка мира.

Рождение Христа, по евангельским рассказам, происходит в пещере. Примерно в таких же условиях, как рассказывается в древних мифах, родились древние боги Митра, Агни, Адонис, Зевс. Место их рождения — пещера или грот, темница или подземелье.

Вспомним и еще одно место из евангелий: рассказ о том, как Иисус удаляется в пустыню, где постится и молится 40 дней и ночей. То же делает и Будда из древнеиндийских сказаний. Причем и Христа и Будду в пустыне искушает дьявол. И оба они не поддаются искусителю.

Так шаг за шагом прослеживается удивительное сходство «земной биографии» Христа с «биографиями» других богов. Случайность ли это? Конечно нет. Создавая образ Христа, люди внесли в него черты, принадлежавшие другим, дохристианским богам. Удивительное сходство евангельского образа Иисуса с другими, дохристианскими богами естественно приводит к выводу, что Христос не был исторической личностью.

Христианское духовенство, возражая ученым, обычно ссылается на то, что легендарные, даже реальные исторические личности наделяются фантастическими чертами, так что порой трудно понять, где в их биографии правда, где вымысел. Нечто подобное, говорят они, было и с Христом, который сходен с другими богами именно в общих легендарных чертах.

Однако когда духовенство рисует перед верующими образ Христа, оно смело следует евангельским текстам, не пытаясь освободить его от фантастических черт. Оно убеждает паству в божественности Христа. Только под давлением фактов слушатели культа вынуждены говорить, что евангельский Христос — это легендарный образ. На самом же деле Христос был иным, не имеющим ничего общего ни с Осирисом, ни с Аттисом, ни с Буддой.

В таком случае «земная биография» Иисуса — вымысел? Не имея возможности свести концы с концами, церковники предпочитают не отвечать на этот вопрос.

Большое влияние на формирование образа христианского «спасителя» оказал культ умирающих и воскресающих богов, который был распространен во многих дохристианских религиях. В Малой Азии, Египте, Древней Финикии верили в богов-искупителей, которые жертвовали жизнью, чтобы спасти человечество. Одним из истоков этой веры было обожествление природы.

Издавна наблюдая за явлениями, происходящими в окружающей действительности, люди поражались тем переменам, которые происходят в природе. Увядание растительности, как бы умирание природы зимой и расцвет, новое рождение ее весной были для наших предков таинственными и непонятными. И они связывали эти удивительные для них явления с борьбой добрых и злых сил, добрых и злых богов.

Добрые боги были, в представлении древних, страдальцами, которые погибают от коварства злых, а затем воскресают к новой жизни. Именно таким был у древних египтян бог Осирис. Живописцы и ваятели изображали его в окружении разного рода растений, а тело раскрашивали зелеными красками.

Согласно древней легенде, Осирис был убит своим коварным братом Сетом, который бросил саркофаг с телом Осириса в Нил, надеясь, что воды реки унесут его в море. Но случилось так, что саркофаг застрял в тростниках. Любящая жена Осириса Исида, отправившаяся на поиски мужа, нашла его тело, обернула его в саван и собиралась похоронить останки доброго бога. Злой Сет обманул Исиду. Он разрубил тело Осириса на четырнадцать частей и разбросал их по земле. Исида же нашла эти части, соединила их, а сын его Гор оживил отца.

Торжественно праздновали египтяне воскресение Осириса. Это был день ликования, день всеобщей радости. В храмах слышались восклицания: «Осирис воскрес!»

Схожий миф существовал и в Древней Финикии. В этой стране был широко распространен культ бога Адониса. В финикийском мифе рассказывалось, как Адонис погиб, смертельно раненный на охоте богом Аресом, принявшим облик кабана. Однако силой своей любви возлюбленная финикийского бога Астарта добилась его воскрешения из мертвых. Праздник в ознаменование этого «события» отмечался в Финикии в конце марта. Он длился несколько дней. Люди оплакивали трагически погибшего бога, а затем наступал день ликования. И так же, как в древнеегипетских храмах, верующие восклицали: «Адонис воскрес!»

Задумайтесь, не напоминает ли все это пасхальную радость верующих христиан, которые восклицают: «Христос воскрес!»

Подобные мифы существовали и в других странах древнего мира. В Ассиро-Вавилонии, например, был свой умирающий и воскресающий бог растительности Таммуз. В летние дни, когда нещадно палило южное солнце, когда высыхала земля и увядала растительность, бог Таммуз, по представлениям древних, умирал и уносился в подземное царство, где властвовал бог смерти Нертал. Возлюбленная Таммуза, богиня плодородия Иштар, преодолевая все препятствия, пробивалась в царство Нертала, чтобы воскресить, вернуть к жизни Таммуза. Сила великой любви ломала все преграды, стоящие на пути. Иштар воскрешала Таммуза. И вновь оживала природа, зацветали сады, зеленели поля...

Умирающие и воскресающие боги во многом послужили прообразами евангельского Христа. И кто бы ни пытался отрицать их сходство с Христом, это очень трудно сделать: оно налицо. А это ли не свидетельство того, что образ Христа впитал в себя многие мифические черты дохристианских богов?

Есть и другие аргументы, которые приводят ученые в доказательство мифичности образа Христа. Если познакомиться с новозаветными книгами, то окажется, что в разных из них Христос описан по-разному. Книги Нового завета создавались в разное время. Одни — раньше, другие — позже. А так как образ Христа формировался постепенно, то это отразилось и в книгах Нового завета. В ранних произведениях образ «небесного спасителя» еще не приобрел земных черт, в более поздних Христос уже выступает как богочеловек.

В самой ранней из новозаветных книг — Апокалипсисе, или Откровении Иоанна Богослова, написанной около 69 г. н. э., мы встречаем совершенно фантастическое существо с белыми волосами, горящими как пламень глазами. Оно держит в деснице своей семь звезд, а в устах — обоюдоострый меч. Ни о каком богочеловеке еще и речи здесь нет.

Человеческий вид Христос принимает в более поздних христианских произведениях — Посланиях апостола Павла. Но в них хотя и указывается, что Христос сходил на землю в человеческом образе, погиб, а затем воскрес и вознесся на небо, еще нет «земной биографии» Иисуса. Она появилась позднее — в евангелиях.

В подтверждение своих взглядов о мифичности Христа ученые ссылаются еще на одно обстоятельство — существование множества евангелий, которые церковь объявила ложными и запретила их.

Известно, что кроме четырех евангелий, входящих в состав Нового завета, в первые века нашей эры существовали десятки евангелий, которые в различных христианских общинах почитались как «священные». Это евангелия Петра, Андрея, Варфоломея, Филиппа, Якова, два евангелия Фомы, евангелие двенадцати апостолов и многие другие. Если познакомиться с их содержанием, то станет понятно, почему христианская церковь запретила эти книги, бывшие когда-то «священными», сделала все возможное, чтобы они не попали в руки верующих.

Дело в том, что тексты запрещенных евангелий противоречат новозаветным евангелиям. Эти противоречия настолько значительны, что христианская церковь просто не могла допустить, чтобы такие евангелия имели хождение среди верующих. Достаточно сказать, что в евангелии иудео-христиан об Иисусе говорится как о простом человеке, а не сыне божьем. В одном из евангелий Фомы Иисус предстает как неземное, загадочное существо. В евангелии Филиппа подвергается критике миф о непорочном зачатии.

Вполне понятно, что подобная литература не могла не встревожить христианских богословов. И они объявили ложными те евангелия, которые имели слишком большие расхождения с четырьмя новозаветными. Само по себе существование запрещенных евангелий говорит о том, что в первые века нашей эры у христиан не было единого стройного учения.

Задумайтесь над этими фактами, и вам станет ясно, что они говорят не в пользу тех, кто утверждает, будто Христос существовал как историческая личность.

«Учитель праведности» и Христос

«Пусть все это так, — могут сказать верующие люди.— А разве новейшие находки в Иудейской пустыне не являются документом, свидетельствующим о существовании Христа?»

Действительно, несколько лет назад богословы пытались найденные в Иудейской пустыне древние тексты использовать в качестве доказательства историчности Христа. Однако вскоре им самим пришлось отказаться от этих попыток. Что же это за древние тексты? О чем в них идет речь?

Летом 1947 г. два бедуина из племени Таамире случайно оказались у гряды скал на пустынном берегу Мертвого моря. Они обнаружили там небольшую пещеру. Через узкую щель проникли в нее и остановились пораженные: на земляном полу лежали потрескавшиеся от времени глиняные сосуды. В этих сосудах они нашли несколько кусков кожи, испещренных непонятными письменами. Конечно, бедуины не могли знать, что в эти минуты совершили открытие, о котором некоторое время спустя заговорит мир.

Над расшифровкой рукописей, найденных в Иудейской пустыне около развалин древнего поселения Хирбет-Кумран и получивших поэтому название «кумранских», работало и работает много ученых. Им уже удалось расшифровать часть текстов, вызвавших большой интерес. Особенно много толков вызвал один из кумранских свитков, в котором упоминается некий «учитель праведности». Этот «учитель праведности», стоявший во главе секты эссенов, почитался как избранник божий. Рядовые сектанты верили, что его проповеди были внушены самим богом.

В древнем свитке говорится о том, что «учитель праведности» подвергался преследованиям со стороны безыменного «нечестивого жреца» и в конце концов был осужден на казнь. Члены секты верили, что их учитель воскреснет и вновь явится на землю. Он возвратится для того, чтобы судить всех людей за их дела, покарать грешников, принести спасение тем, которые оставались верными «учителю праведности», его учению. Эссены ожидали этого часа, ожидали нового пришествия учителя, стараясь смирением и повиновением жрецам, праведной жизнью, соблюдением устава общины, обрядов, установленных ритуалов заслужить спасение.

Когда был расшифрован и опубликован текст свитка, среди христианских богословов это вызвало ликование. Некоторые из них поспешили выступить с заявлениями, что наконец, мол, обнаружен источник, подтверждающий историчность Иисуса Христа. «Учитель праведности» и есть Христос, объявили они. Но радость богословов была преждевременной.

Действительно, «учитель праведности» имеет очень много черт с евангельским Иисусом Христом. Зарубежные ученые нашли более 500 совпадений или очень похожих мест в кумранских рукописях и в Новом завете. Так же, как и евангельский Христос, «учитель праведности» преследуется недругами, страдает и принимает мученическую смерть. Члены религиозной общины, в которой он состоял, ожидают, что он вновь вернется к людям, чтобы вершить «страшный суд».

Однако «учитель праведности» никак не мог быть проповедником христианства. Он был руководителем иудейской секты эссенов. Ученые, применяя различные методы исследования, установили, что рукопись, где говорится об «учителе праведности», написана примерно за 100 — 150 лет до предполагаемого рождения Христа, вероятнее всего в конце II в. до н. э.

Когда церковники разобрались в этом, они поспешили перестроиться. Многие богословы выступили с заявлениями, что Иисус Христос и «учитель праведности» — это совершенно разные лица и вообще нелепо искать между ними какое-то сходство, проводить какую-то параллель.

На самом же деле это совсем не так. Сходство между кумранским «учителем праведности» и Христом безусловно есть. Это бросается в глаза сразу же при знакомстве со свитком, в котором идет речь об «учителе праведности». Сходство между безыменным учителем и евангельским Иисусом открыло для науки еще один источник, в котором христианство черпало черты созданного им образа Иисуса Христа. И не случайно итальянский ученый А. Донини справедливо отмечал, что открытие кумранских свитков есть самое угрожающее наступление на христианскую легенду.

О чем говорят факты

Итак, подведем итоги. Те факты» которыми располагает современная наука, выступают против богословов, утверждающих, что Иисус Христос — личность реальная, действительно существовавшая в далеком прошлом. И прежде всего на это указывает отсутствие каких-либо свидетельств современников о нем.

Правда, и тут богословы пытаются найти выход из положения. Один из современных зарубежных богословов, полемизировавший с книгой А. Древса «Миф о Христе», вышедшей несколько десятилетий назад, писал: «Отсутствие данных никогда не считается равносильным отрицанию... Те официальные документы: акты, медали, надписи на архитектурных памятниках,— которые говорят нам о римских императорах, полководцах и прочих людях государственного значения, конечно, ничего не могут сказать нам о Христе. Он родился и жил на далекой окраине Римской империи. Он вел жизнь странника — проповедника, говорившего только о религиозных вопросах. Вполне понятно, что не только в официальных документах не могло быть и речи о нем, но и современные ему римляне могли о нем ничего не слышать. Даже в наше время, при ежедневных газетах, при радио, сообщающем подробности обо всем творящемся на свете, кто из нас знает о появлении где-нибудь в Индии или Америке проповедника какой-то новой секты?»

Убедительны ли эти доводы? Мы уже говорили о том, что если бы на земле появился человек, который одним словом своим воскрешает мертвых, ходит по морю, укрощает бурю, это привело бы в неслыханное удивление и нас, людей XX в., которые живут в век буквально фантастических свершений науки и техники. А две тысячи лет назад?

Задумайтесь и над тем, что ведь на местах, где якобы когда-то жил и проповедовал Христос, за многие годы существования христианства побывало множество различных экспедиций, снаряженных религиозными организациями. Они настойчиво искали какие-нибудь следы, связанные с жизнью Христа, и ни одна экспедиция так и не смогла ничего обнаружить.

А противоречия в евангельских текстах? А сходство образа Христа с дохристианскими богами? А «учитель праведности», о котором рассказали кумранские рукописи? Разве всего этого мало для того, чтобы сделать определенные выводы?

Позвольте, могут возразить верующие люди, история знает немало случаев, когда в результате какой-то находки менялось мнение ученых о том или ином событии. Бывало же так, что отсутствие свидетельств приводило ученых к отрицанию каких-то событий в древности. Однако впоследствии археологические или другие находки заставляли их менять свою точку зрения. Почему же нельзя верить в то, что со временем будут обнаружены свидетельства современников о Христе?

Что ж, не исключено, что такие свидетельства могут быть обнаружены. Они смогут убедить нас в том, что в прошлом жил в Палестине христианский проповедник по имени Иисус. Не сын божий, не богочеловек, а человек, обыкновенный человек, проповедовавший новое учение.

Но разве это может что-либо изменить? Не так уж важен вопрос, жил ли в прошлом человек, носивший это имя. Важно, что не было божества Иисуса Христа, творившего чудеса, явившегося искупителем человеческих грехов, ибо это противоречит данным науки, противоречит здравому смыслу.

Таковы факты. Они невольно приводят к мысли о бессмысленности празднования рождества Христова.

Тогда какое же событие отмечают верующие, отправляясь в христианские храмы в рождественский день?

РОЖДЕНИЕ РОЖДЕСТВА

Преданья старины глубокой

Вполне естественно возникает вопрос: если не было Христа,... если не было его чудесного рождения, то как же возник праздник в его честь?

Вспомним наш рассказ о праздновании рождества древних богов — Осириса, Адониса, Таммуза. Давным-давно этим богам не поклоняются верующие. Об их рождении, их жизни мы узнаем лишь из дошедших до наших дней мифов. Но было время, когда люди верили, что это не мифы, и отмечали праздники в честь этих богов. Точно так же люди поверили в действительное существование Иисуса Христа и стали отмечать праздник рождества Христова.

Заметим, что праздник рождества вошел в христианский культ не сразу. Этого, кстати, не отрицают и служители религии. Один из современных богословов в своей речи, произнесенной в Ленинградской духовной академии, откровенно признал, что «христианская письменность I и II вв. не дает никаких указаний на празднование в то время рождества Христова. И тогда как во второй половине II в. у христиан кроме воскресного дня и праздника пасхи существовали уже праздники пятидесятницы и богоявления, день рождества Христова был как будто забыт».

Чем же все это можно объяснить? Видимо, прежде всего тем, что и сами христиане не знали и не знают даты рождения мифического спасителя. Этой даты нельзя найти даже в евангелиях, где подробно описана «земная жизнь» Христа.

Такую неувязку богословы объясняют тем, что в те времена у верующих иудеев не было обычая отмечать день рождения, так как у них было сильно развито сознание врожденной греховности людей и многие видели в этом дне «начало и вину всех скорбей и страданий человека». Этот взгляд ветхозаветных иудеев якобы не мог не отразиться на воззрениях первых христиан.

В книге православного профессора Ф. Смирнова «Происхождение и значение праздника рождества Христова» говорится: «Дню рождения спасителя в первые времена христианства не придавали особенного значения предпочтительно перед другими днями, и в то время, как празднование дня смерти с днями страданий с самых ранних пор отличались и посвящались воспоминанию священных событий, день рождения Иисуса Христа как будто бы был забыт, как будто не чувствовалось никакой потребности в праздновании этого дня».

Вот, оказывается, причина того, что первые христиане не отмечали рождества Христова. В течение многих лет христианские богословы старались скрыть от верующих тот факт, что им неизвестна дата рождения Иисуса. Согласитесь, что богословы попали бы в довольно неловкое положение: столько разговоров об основателе христианства — и не знать, когда он родился. Скрывая от верующих истинную правду, священнослужители пытались утверждать, что евангелисту Луке была хорошо известна дата рождения «спасителя», но он умолчал о ней, следуя иудейским традициям.

До середины IV столетия н. э. праздник рождества отмечался в январе, и только в 354 г. в Риме он был перенесен на 25 декабря. Один из «отцов церкви» — Иоанн Златоуст в своей рождественской беседе в 386 г. говорил: «Не более 10 лет, как день рождения спасителя нам известен».

Все это не было случайным. Когда сложилось христианство и стало государственной религией Римской империи, невольно возник вопрос о создании праздника в ознаменование рождения Христа.

В те времена на территории Римской империи продолжали существовать культы древних языческих богов, которым поклонялось множество верующих. Они отмечали рождение своих божеств пышными празднествами. Так, 25 декабря праздновался день рождения «бога солнца» Митры, объявленного императором Аврелианом верховным божеством и покровителем Рима. Митра почитался как бог Солнца, бог Света, бог Чистоты и Правды, ведущий постоянную борьбу с богом зла Ангра-Майнью. С именем Митры в сознании людей было связано их благополучие, здоровье, достаток. Ведь от него, как полагали верующие, зависел урожай на полях, ибо Митра посылал на землю дожди. От него зависели успехи скотоводов. Митра даровал людям крепкое здоровье. Поэтому они и называли его благодетелем, покровителем всех верующих. Не так-то легко и просто было заставить массы людей отказаться от веры в Митру и в других языческих богов ради веры в нового, христианского бога.

Разными путями христианская церковь пыталась вытеснить древние культы. Одним из них было перенесение праздника рождества Христова на 25 декабря, тот самый день, когда отмечалось рождение Митры. Для того чтобы вытеснить праздник рождения солнечного бога Митры, христиане заимствовали этот праздник, наполнив его новым содержанием, связав его с именем Иисуса Христа, тем более, что «биография» Митры очень сходна с «земной биографией» Иисуса Христа.

В древних мифах рассказывалось о том, что после своего пребывания на земле Митра вознесся на небо, чтобы продолжить борьбу против бога зла. Приверженцы митраизма верили в то, что в конце концов наступит конец мира, и тогда каждому человеку будет воздано по его заслугам: грешники погибнут в вечном огне, а праведники получат бессмертие.

В митраизме было много и другого общего с христианством. Целый ряд религиозных обрядов, сходных с христианскими, например причащение, существовали в те далекие годы в митраизме.

Рождество Христово привилось не сразу. Далеко не сразу этот праздник принял тот вид, в котором он дошел до наших дней. Так, например, в одной египетской секте — гностиков — вообще считали, что Христос никогда не рождался, а существовал вечно. Поэтому и отмечали гностики не рождение Христа, а его явление людям.

В большинстве христианских общин в течение длительного времени 6 января отмечались сразу такие евангельские «события», как крещение, богоявление, рождество. После того как рождество Христово было перенесено на 26 декабря, 6 января так и осталось днем крещения-богоявления.

Все это подтверждается и словами одного из древних богословов, о которых современные церковники предпочитают умалчивать: «Как раз 25 декабря язычники справляли праздник рождества солнца и в его честь возжигали огни. В этом празднестве и в его увеселениях принимали участие и христиане. И вот, когда учителя церкви заметили, что христиане прельщаются этим языческим праздником, они приняли меры и на этот день, 25 декабря, перенесли праздник настоящего рождества, а за 6 января они сохранили богоявление».

Не так легко было людям отказаться от прочно установившихся традиций. Но время делало свое дело. И уже в V столетии рождество Христово, отмечавшееся повсюду 25 декабря, прочно вошло в жизнь христиан.

Рождество приходит на Русь

Наш рассказ о рождении рождества был бы неполным, если бы мы умолчали об истории возникновения и распространения этого праздника на Руси.

Христианство было принято на Руси в X столетии. Вместе с ним пришли и обряды, обычаи, праздники этой религии, в том числе и рождество Христово.

На Руси в те времена были свои обычаи, свои праздники, которые прочно вошли в быт народа. Не так-то легко оказалось их вытеснить из сознания, из жизни людей. Их нельзя было отменить, нельзя было выкорчевать силой. Поэтому христианские обряды и праздники сливались с древнеславянскими, впитывая в себя многое от них. Такая судьба выпала и на долю рождества, которое слилось с праздником древних славян — святками.

Начало святок выпадало на последние дни декабря, а заканчивались они в январе. Это был период, когда завершались зимние сельскохозяйственные работы. Наступала пора подготовки к весне. Нужно ли объяснять, что значило это для людей. От того, каким будет будущий урожай, какой приплод принесет скот, зависела их дальнейшая жизнь, их дальнейшее благополучие. Вот почему святочные обряды сводились к одному: сделать так, чтобы весь год был удачным, благополучным, чтобы урожай был обильным, чтобы скот дал хороший приплод.

Наши далекие предки верили в добрых и злых духов, в духов-покровителей и духов недобрых. Вот и пытались они самыми различными средствами воздействовать на этих духов: покровителей старались задобрить, умилостивить, злых духов — отпугнуть.

Первые святочные дни прежде всего посвящались уборке жилищ. Хозяева старались начисто вымести, старательно вымыть их, чтобы очистить от скверны. Домашний скот окропляли водой. Ведь люди верили, что вода обладает чудодейственными свойствами, способна очистить и человека, и его жилище, и его скот от всякой нечисти, от злых духов.

Во время святок особое внимание уделялось праздничной трапезе. Все, что было лучшего в доме, выставлялось на стол. Чем богаче праздничный стол, тем богаче будет в будущем жизнь, тем больший достаток будет в доме, верили наши далекие предки. А чтобы умилостивить своих духов-покровителей, им оставлялась на столе часть пищи.

Святки были веселым, радостным праздником. В святочные дни веселье не смолкало ни на час, Устраивались самые различные увеселения, хождение ряженых. Надевая звериные маски, люди верили, что смогут сделаться неузнаваемыми для нечистой силы, обмануть ее. Широко было распространено и колядование, распевание праздничных песен-колядок, которые будто бы приносили благополучие тем, кому они адресованы.

Святки не обходились без гаданий. Кому не интересно узнать свою судьбу, заглянуть в будущее? Считалось, что именно в святочные дни с помощью различных видов гаданий можно узнать, что ждет человека впереди.

Гадали самыми разными способами, загадывали о своем будущем. Крестьяне, конечно, пытались предугадать, какой ждет их в будущем урожай, какой приплод даст скот. В святочные дни люди выходили на перекрестки дорог, припадали ухом к земле: не послышится ли шум, как от нагруженных возов. Если ухо улавливало такой шум, значит, будет добрый урожай, если же нет, то на урожай рассчитывать нечего. Еще не так давно в деревнях гадали на снопе. В углу избы ставился сноп и из него зубами вытаскивалась соломинка. Если колос оказывался пустым, это считалось недобрым предзнаменованием, если — полным, то это предвещало добрый урожай.

Казалось бы, какое отношение все эти древние обряды и обычаи имеют к рождеству мифического сына божьего Иисуса Христа? Конечно, никакого. Но несмотря на это, они стали составной частью христианского праздника. Когда праздник рождества, впервые появившись на Руси, слился с древнеславянскими святками, он волей-неволей должен был впитать в себя святочные обряды. И люди, отмечая рождение «спасителя человечества», основателя христианской религии, в течение многих столетий продолжали исполнять древние языческие обычаи. Так же очищали жилища, окропляли скот водой, устраивали пышные трапезы. Так же ходили по домам ряженые, так же гадали люди, пытаясь узнать свое будущее, свою судьбу.

Присмотритесь ко многим рождественским обрядам, особенно к тем, что совершаются в сельской местности, и вы без особого труда заметите, что они являются пережитками святочных обрядов, которые когда-то бытовали на Руси и сохранились до наших дней.

Одним из наиболее распространенных святочных обычаев было украшение елки. Кого и в наши дни не радует пушистая гостья из леса, которая входит в дома в дни празднования Нового года? Однако далеко не всем известно, как родился обычай украшать елку. До революции елка наряжалась в рождественские дни, это и дало повод считать такой обычай чисто христианским. На самом же деле он не имеет никакого отношения к христианству и возник он в глубокой древности, когда люди одухотворяли природу, верили, что за каждым предметом, явлением стоит сверхъестественное существо — дух. Такие духи, по верованиям древних, обитали и в растениях и в деревьях. У древнегерманских племен считалось, что главным образом духи обитали в вечнозеленых елях. Уж слишком необычным казалось северным народам дерево, сохранявшее свой зеленый наряд в стужу, остававшееся таким, как есть, в самые лютые морозы. Для того чтобы умилостивить духов, которые могли якобы влиять на жизнь и благополучие людей, ели украшали различными приношениями. Для этого деревья срубали, приносили в селение и вокруг них устраивали празднество.

Отсюда и идет обычай украшать елку. В России он впервые появился в XVIII столетии, в царствование Петра I, а православное духовенство позаботилось о том, чтобы приспособить этот обычай к рождественскому празднику, хотя так и не удалось придать ему христианский облик.

Сейчас нам очень трудно представить празднование Нового года без елки. Но никому и в голову не приходит связывать елку с рождеством Христа. Этот народный обычай, освобожденный от христианских наслоений, вошел в нашу жизнь, стал неотъемлемой частью новогоднего праздника.

От рождества Христова?

Познакомившись с подлинной историей рождения рождества, читатели вправе поставить еще один вопрос, который нередко задают верующие: если Христа не было, если не было его чудесного рождения, то почему наше летосчисление ведется от рождества Христова? Вопрос вполне закономерный. И он требует ответа.

Но прежде следует поставить другой вопрос: «А в каком году родился Христос?» Пусть не покажется он нелепым. Казалось бы, раз летосчисление ведется от рождества Христова, то совершенно ясно, что Христос родился в начале I в. нашей эры. И все же не торопитесь с ответом.

Представьте себе, что вы обратились к служителю христианской церкви, к любому богослову, чтобы узнать, на основании каких данных установлен год рождения Христа. Вряд ли вы получили бы вразумительный ответ. Ни в «священном писании», ни в одном другом христианском источнике насчет этого указаний нет.

Можно, правда, попробовать косвенно определить год рождения Иисуса Христа, обратясь к новозаветным евангелиям, где различные моменты «земной биографии» Иисуса связываются с различными историческими событиями. Однако и в этом случае ничего не получится.

Мы уже говорили о том, что в евангельских текстах необычайная путаница в хронологии. Если верить тому, что Христос родился при Ироде, который умер в 4 г. до н. э., то никак не выйдет, что он родился в начале первого года нашей эры. Если поверить евангелисту Луке, что в год рождения Христа в Иудее сановником Квиринием была проведена перепись населения, то и тут получится неувязка, потому что, согласно историческим данным, Квириний начал править около 7 г. н. э. Такая же неувязка получится, если поверить тому же евангелисту Луке, который сообщает, что на 15-м году правления императора Тиберия Иисусу было 30 лет. Но Тиберий, как доказала историческая наука, правил с 14 по 37 г. н. э. Вот и получается, что Христос родился на год раньше своего рождения.

Откуда же тогда был взят год рождения сына божьего, который положил начало новому летосчислению? Он был установлен совершенно произвольно римским монахом Дионисием Малым в VI в., т. е. более чем через пятьсот лет после мифической даты рождения «спасителя».

История этого установления такова. В VI в. христианская церковь в Риме поручила монаху Дионисию Малому составить новую пасхалию — таблицу дат праздника пасхи, поскольку старая, рассчитанная ранее александрийским патриархом Кириллом на 95 лет, уже подходила к концу.

Как известно, праздник пасхи, согласно постановлению Никейского собора, отмечается христианами в первое воскресенье после полнолуния, наступающего сразу же за весенним равноденствием. Но весеннее равноденствие связано с определенным положением Земли в ее движении вокруг Солнца, а полнолуние — с определенным положением Луны в ее движении вокруг Земли. Разность периодов обращения Земли вокруг Солнца и Луны вокруг Земли приводит к тому, что полнолуние, наступающее сразу же за весенним равноденствием, приходится на разные числа, дни недели и даже месяцы (март или апрель). Этим и объясняется то, что день пасхи «кочует» и церковники вынуждены заранее рассчитывать пасхалии.

Немало потрудился над составлением такой пасхалии римский монах Дионисий. Делая свои расчеты, он обратил внимание на то, что принятое в Риме летосчисление велось со дня воцарения императора Диоклетиана, непримиримого противника, врага и преследователя христиан.

«Почему счет годам должен вестись от во царения Диоклетиана?» — задумался Дионисий Эта мысль не давала ему покоя. Он решил, что летосчисление должно вестись от дня рождения основателя христианской религии.

Но как узнать, когда родился Христос?

Еще до Дионисия вызывало удивление то обстоятельство, что весь пасхальный цикл (строго последовательная смена чисел месяца и дней недели, на которые приходится полнолуние, служащее исходным для определения пасхи) повторяется в точности только через каждые 532 года. Сверхъестественного, конечно, в этом нет ничего: ведь 532 года — это период, в который точно укладывается определенное количество полных лунных оборотов вокруг Земли. Но в этой цифре усматривали великое таинство.

Такой она была и для Дионисия. Именно она и послужила ему основанием для определения года рождения Христа.

Дионисий исходил из того, что первые христиане ежегодно отмечали воскресение Христа 25 марта. В составленной им пасхалии день пасхи на 25 марта приходился в 278 г. эры Диоклетиана (т. е. 562 г. н. э.). По-видимому, приняв во внимание, что пасха на тот же день приходилась бы и 532 года назад, а это совпадало с расчетами дня воскресения Христа, произведенными на основе евангельских рассказов, Дионисий уверовал в открытие им действительного года казни и воскресения Христа. Отсчитав же от этого года еще 30 лет (по возрасту Христа к моменту его мученической смерти), он заявил об установлении якобы точной даты рождения основателя христианства.

Вряд ли нужно говорить, насколько произвольны и искусственны расчеты Дионисия. Однако церковь приняла его предложение, установив новое летосчисление от рождества Христова, хотя ни года, ни месяца, ни дня рождения Иисуса никто не знал.

То, что «точная» дата рождения Христа установлена весьма произвольно, вынуждены в настоящее время признать и сами богословы. Один из них откровенно заявил: «Евангелия не сообщают нам точно даты рождества Христова. Они говорят лишь о том, что Иисус Христос родился во дни царя Ирода, когда в Иудее по распоряжению императора Августа происходила перепись. Они сообщают, что Иоанн Креститель вышел на проповедь в 15-й год правления Тиберия и что вскоре вышел на проповедь и Иисус Христос, будучи от рода лет примерно тридцати. Следовательно, год рождества Христова устанавливается лишь приблизительно. Тем самым отпадает вопрос о документальной точности даты самого дня рождества...

На основании евангельских данных мы можем лишь приблизительно установить год рождества Христова, так как мы знаем, что Христос родился незадолго до смерти Ирода, которая произошла в 850 г. от основания Рима, и был распят, когда Иудеей правил римский наместник Понтий Пилат. На основании этого и еще некоторых данных еврейского календаря мы устанавливаем дату рождества Христова, очевидно, за четыре года до даты, вычисленной Дионисием Малым».

Эти строки написаны богословом в наши дни. Как видно из них, служители религии вынуждены сами признать, что год рождения Христа установлен неточно, хотя в течение многих столетий они скрывали это от верующих.

Когда же все-таки родился Христос? Обратите внимание на слова «приблизительно», «возможно», «очевидно» в приведенном отрывке из писания современного богослова, и вам станет ясно, что сами церковники не могут ничего определенного сказать по этому поводу.

Новое летосчисление, установленное Дионисием Малым, привилось далеко не сразу. Понадобилось много лет, чтобы оно было принято в различных странах мира. Достаточно сказать, что в России, куда христианство проникло лишь в X столетии, летосчисление от рождества Христова было установлено лишь с 1700 г.

Вот и вся история рождения рождества.

НА СЛУЖБЕ ЦЕРКВИ

Под колокольный звон

Звенят колокола. Большие... Малые... Звенят колокола. И тянутся люди к храмам, чтобы славить рождение «сына человеческого» Иисуса Христа.

Верующие, заполняющие храмы, попадают во власть торжественной обстановки, которая захватывает, завораживает их. Они словно видят ярко вспыхнувшую звезду вифлеемскую, возвестившую миру о рождении «великого младенца». И как бы отрешаются от мира, от всего того, что живет за дверями храма.

Какой же силой церковь подчинила себе их чувства, их мысли, овладела их сознанием в эти часы?

Чтобы разобраться в этом, надо начать с периода подготовки к празднику рождества.

Церковь очень тщательно готовится к празднеству. Об этом откровенно говорят сами служители религии. «Еще задолго до самого праздника святая церковь приготовляет верующих к этому великому торжеству, — читаем мы в одной из статей современного богослова.— Как и пред пасхой, церковь учредила шестинедельный пост, называемый рождественским или же филипповским, по имени святого апостола Филиппа, после памяти которого он начинается. Пост этот по своей строгости немного уступает великому посту...»

Обратите внимание, что и пасхе, да и другим праздникам предшествуют дни поста. Чем же это вызвано? Какую цель преследует духовенство этими постами?

Само духовенство определяет пост как «воздержание от некоторых видов пищи, особенно мясной, соблюдаемое согласно церковному уставу». Церковь детально разработала правила воздержания в еде, установила, что можно, а что нельзя употреблять в пищу в разные дни недели, в начале и конце поста. Помимо этого служители православия ввели и еще ряд ограничений: в дни рождественского поста, как и во время других постов, строго-настрого запрещается совершать таинство брака, участвовать в каких-либо увеселениях и т. п.

Но все это — не главное во время поста. Главное — идеологическое влияние на человека, создание особого настроения у верующих.

Об этом, не таясь, говорят и церковнослужители: «Устанавливая посты,—читаем мыв одной из богословских статей, — святая церковь имела в виду прежде всего употреблением пищи менее питательной ослабить в нас чувственность, власть и силу плотских страстей и тем дать господство духу над телом, чтобы постящийся тем легче мог побороть в себе те или другие господствующие в нем страсти, особенно же гордость и самолюбие. Таким образом, воздержание от известного рода пищи само по себе служит для христианина не целью поста, а лишь средством для укрепления себя в духовных подвигах» [ «Учение о богослужении православной церкви». Харьков, 1918, стр. 97. ].

В дни поста тем, кто посещает церковные храмы, усиленно внушается мысль, что человек — существо греховное. Люди, поучают церковники, должны помнить об этом всегда, не забывая ни на час.

Идея греховности человечества, которая проповедуется церковнослужителями,— одна из главных в христианстве. Согласно христианскому вероучению, первородный грех, которым запятнали себя первые люди на земле, хотя и был искуплен мученической смертью Иисуса Христа, все равно присущ самой природе человека. Люди склонны к греху. Потому они так часто впадают в грех.

Церковники учат, что в греховности человека — причина всех человеческих бед и страданий. Если вас преследуют в жизни неудачи — виноват грех. Если вас одолевают недуги и болезни — опять грех. Все, абсолютно все несчастья порождены грехом. «Все человеческие страдания, — читаем мы в выходящем в США журнале «Христианин», — последствие грехопадения. Не было бы греха — не было бы и страданий».

Итак, грех, в конечном счете, — причина всех человеческих бед. Эта идея — главная в период рождественского поста. Внушая ее верующим, духовенство делает все возможное, чтобы люди прониклись мыслью о своей греховности, о своем ничтожестве, почувствовали, как жалки они перед всесильным богом.

Подобные мысли, по расчету служителей культа, должны подготовить верующих к восприятию «великого и радостного» события — рождения «спасителя человечества». Когда человеку изо дня в день внушается одна и та же мысль, когда он, не переставая думает о своей греховности, ищет выхода, ищет путей к освобождению от греха, к своему спасению, тут и приходит к нему церковь, предлагая свой рецепт спасения. Рождение Иисуса Христа, сына божьего, говорят служители религии, открыло перед людьми единственный путь к спасению.

Что же предлагают верующим церковники? Они предлагают универсальное средство — покаяние. Только покаянием, по их словам, можно замолить свои грехи перед богом, заслужить свое спасение.

Проследите шаг за шагом, как церковники воздействуют на верующих в течение 40 дней рождественского поста, и вы увидите, что это тщательно продуманная система духовного одурманивания людей. Верующих заставляют ограничивать себя в пище, воздерживаться от увеселений. Это имеет целью заставить их замкнуться в себе, в своем тесном мирке. В то же время разного рода воздержания, естественно, создают у них особое настроение, способствующее восприятию тех идей, которые внушает им церковь. День ото дня духовенство настойчиво проводит одну мысль, повторяя ее на всех богослужениях: «Человек, ты грешен! Не забывай об этом!»

Внушая людям в период поста идею греховности человечества, духовенство использует все возможные средства, для того чтобы верующие лучше восприняли ее. Это достигается и особым характером церковных богослужений, которые носят грустный, заунывный характер, и обстановкой в храмах, отличающейся от той, которая имеет место во время обычных служб. В дни поста в храмах звучат протяжные, печальные песнопения. Свет чуть притушен. Все это, по замыслу церковников, должно тоже соответствующим образом воздействовать на психику людей.

Испытывая чувство своей виновности перед всевышним, постоянно думая о своих прегрешениях, переживая угрызения совести, верующие люди, как утопающий за соломинку, хватаются за предлагаемое церковью средство, ведущее к спасению, и чувствуют облегчение, покаявшись в грехах. Они верят, что бог простит все дурное, содеянное ими.

Покаяние — очень важный момент в религиозной обработке верующих. Духовенство учитывает и его психологическое воздействие. Раскаявшись, человек чувствует, что ему вроде бы стало легче на душе. В этом он находит утешение, и ему кажется, что покаяние на самом деле снимает с людей грехи. А церковникам это только и нужно. Призывая верующих освобождаться в церкви от тяжкого груза грехов, они подчеркивают, что покаяние не только открывает путь к спасению, но и облегчает душу человека.

Как иллюзорно подобное «облегчение»! Человеку, совершившему дурной поступок, может показаться под влиянием утверждений церковников, что ему легче. Но ведь это самообман. Совершенное прегрешение не исчезнет от раскаяния человека.

Важным средством, которое помогает духовенству влиять на разум и чувства людей, являются евангельские чтения, которые проводятся в храмах во время предрождественских богослужений. Духовенство очень внимательно относится к этим чтениям. Для них из евангелий выбираются те отрывки, которые, по мнению служителей культа, могут наиболее сильно воздействовать на чувства людей.

Так, в дни рождественского поста верующим читается в храмах притча о милосердном самарянине, рассказанная евангелистом Лукой. В этой притче повествуется о том, как один человек шел из Иерусалима в Иерихон и на него напали разбойники, «которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым». Проходили мимо раненого люди, и никто не оказал ему помощи. Только некий са-марянин сжалился над человеком: перевязал ему раны, отвез в гостиницу и позаботился о нем.

Иисус ставит в пример этого самарянина. То же самое делают служители культа, читая этот отрывок и призывая верующих к милосердию. И верующие умиляются поступком самарянина, умиляются тем, что Христос увидел в этом поступке образец поведения человека и заповедал людям поступать точно так же.

Чтение этой притчи в предрождественские дни дает возможность духовенству представить Христа исключительно милосердным, вызвать к нему особую любовь верующих.

Этого и добиваются священнослужители. Евангельские чтения в храмах должны, по замыслу церковников, изо дня в день укреплять веру людей, их любовь к Христу, их преклонение перед богом, что в конце концов неизбежно приведет человека в духовный плен религии.

В одно из воскресений рождественского поста в храмах читается притча о безумном богаче. В ней говорится о том, как у одного богатого человека вырос в поле хороший урожай, да такой хороший, что и плоды некуда было девать богачу. «И сказал: «Вот что сделаю: сломаю житницы мои и построю большие, и соберу туда весь хлеб мой и все добро мое. И скажу душе моей: Душа! Много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись». Но бог сказал ему: «Безумный! В сию ночь душу твою возьмут у тебя, кому же достанется то, что ты заготовил?»»

Эта притча тоже соответствующим образом воздействует на верующих. Бог в ней предстает перед верующими идеалом справедливости. Он сам осуждает стяжательство, эгоизм, страсть к обогащению, называя безумным богача, который думает лишь о себе, не заботясь о ближних своих. А те люди, которые подобно безумному богачу думали лишь о своих интересах, чувствуют угрызения совести.

С первого взгляда может показаться, что, осуждая стяжательство, эгоизм, церковь делает доброе дело. Однако у церковников далеко идущие цели. С помощью евангельских чтений они укрепляют веру в кроткого, милосердного сына божьего, заставляют людей проникнуться к нему безмерной любовью. А это главное для того, чтобы подчинить религии сознание человека, отравить его религиозным дурманом. Этой цели, в конечном счете, служат все церковные средства идейного воздействия на людей.

Таким средством на всем протяжении рождественского поста являются установленные в честь «святых» праздники православной церкви. В дни поста церковь отмечает память своих ветхозаветных «пророков» и «праведников» — Авдия, Наума, Аввакума, Даниила, «мучеников» Евстратия, Авксентия, Евгения, Мардария и Ореста, «мученицы» Екатерины, «преподобного» Саввы Освященного, «святого» Николая чудотворца и других. Сами богословы указывают, что это «не случайно и продиктовано той духовновоспитательной задачей, которую ставит церковь в дни этого поста» [ Скабалланович М. Христианские праздники. Книга 4, Рождество Христово. Киев, 1916, стр. 44. ].

Что же это за духовновоспитательная задача, которую ставит церковь? Ее нетрудно понять. Призывая верующих во время рождественского поста отмечать память «великих праведников», церковники выставляют жизнь этих «праведников», «святых», «мучеников», «угодников божьих» как образец поведения, который должны всегда иметь перед собой верующие. Но что же это за образцы поведения? Какими подвигами прославили себя «праведники», подражать которым призывает церковь? Да все теми же «подвигами» смирения, воздержания, покаяния, к которым зовет свою паству церковь.

Когда мы славим своих героев, мы прежде всего отмечаем то доброе, что сделали они для человечества, мы славим людей труда, космонавтов, героев-колхозников, которые своими подвигами приближают нас к прекрасному обществу будущего, и зовем людей равняться на них.

А церковь зовет верующих к уходу от «мира», к «умерщвлению плоти», как это делали христианские «праведники».

Церковнослужители в дни, когда в храмах отмечается память этих «праведников», как бы говорят верующим: смотрите, учитесь, подражайте им, ибо подвиги, которые они совершили,— это и есть путь ко Христу.

С другой стороны, умиляясь «подвигами» «праведников», церковь заставляет верующих задуматься над своей жизнью. Перед верующими как бы встает вопрос: а все ли мы сделали для того, чтобы избавиться от греха, чтобы вступить на путь праведности?

Если в начале поста, в дни памяти разного рода «пророков» и «мучеников» верующим нагнетается настроение скорби и уныния, если церковь пытается внушить людям мысли об их ничтожности, греховности, вызвать у них веру в необходимость покаяния, то постепенно праздники в честь «праведников» приобретают иную окраску. Верующих начинают убеждать в том, что грехи, которые лежат на их душах, могут быть прощены, что каждый человек может найти пути к спасению.

Для примера можно остановиться хотя бы на дне памяти пророка Даниила и трех отроков — Анании, Азарии и Мисаила, который отмечается в самом конце рождественского поста. Чем же прославились они? В ветхозаветной книге пророка Даниила рассказывается о том, как вавилонский царь Навуходоносор, захватив Иерусалим, повелел привести в «чертоги царские» несколько юношей «из сынов израиле-вых». К нему привели юношей, среди которых были Даниил, Анания, Мисаил и Азария. «И назначил им царь ежедневную пищу с царского стола и вино, которое сам пил, и велел воспитывать их три года, по истечении которых они должны были предстать пред царя» (Даниил, гл. 1, ст. 5).

В Библии повествуется о том, как Даниил и три отрока отказались принимать пищу, которой питались остальные юноши. При этом Даниил обратился к приставленному к ним надзирателю со следующими словами: «Сделай опыт над рабами твоими: в течение десяти дней пусть дают нам в пищу овощи и воду для питья. И потом пусть явятся пред тобой лица наши и лица тех отроков, которые питаются царскою пищею, и затем поступай с рабами твоими, как увидишь». Надзиратель послушал Даниила. Десять дней юноши питались лишь овощами и водой. Когда же прошло время и они предстали перед глазами надзирателя, тот был поражен: «лица их оказались красивее, и телом они были полнее всех тех отроков, которые питались царскими яствами». Тогда бог дал четырем отрокам знания, а Даниилу, кроме того, возможность иметь пророческие видения и сны.

И это еще не все. Когда впоследствии Навуходоносор повелел бросить трех отроков в раскаленную печь, огонь не смог причинить им вреда, ибо подвиг поста, который они совершили, вызвал к ним благоволение самого господа бога, спасшего их от гибели.

Приводя в пример верующим Даниила, Ананию, Мисаила и Азарию, церковь поучает: «Если вера их торжествует над злобою халдеев и даже над самими стихиями, то к этому торжеству ведет их путь поста, покаяния и очищения своей души». Служители культа подогревают эти настроения и торжественным характером служб, и вселяющими в сердца людей радужные надежды словами песнопений.

Так последовательно, используя самые различные средства идейного, психологического и эмоционального воздействия, церковь подводит верующих к осознанию того «великого значения», которое имеет рождество для каждого христианина. Среди этих средств и покаяние, и евангельские чтения, и праздники в честь «святых». Все это отдельные звенья одной духовной цепи, которой служители культа пытаются сковать сознание людей, подчинив своему влиянию их волю и чувства.

Веками вырабатывала церковь приемы духовного одурманивания людей. Веками вырабатывались те средства воздействия на верующих, которые применяются в дни рождественского поста и помогают наиболее успешно влиять на людей в желательном для духовенства направлении.

Проследите за ходом богослужений во время рождественского поста, и вы увидите, как умело вызывают церковнослужители нужные церкви настроения, как последовательно воздействует духовенство на чувства прихожан. Вся обстановка, которой встречают верующих храмы, способствует созданию скорбного настроения. Человека заставляют как бы заглянуть в себя, увидеть свои недостатки, вспомнить о своих прегрешениях. Затем для людей мелькает проблеск надежды. Есть путь к спасению. На него указывает церковь. С помощью евангельских чтений эта надежда укрепляется все больше и больше. Предрождественские праздники в период поста дают верующим «образцы поведения», следуя которым можно твердо надеяться на спасение. Путь к спасению есть: его принес людям Иисус Христос. В последние дни поста, когда верующие, по замыслу церковников, должны уже сами осознать вес значение рождества Христова, им на помощь еще приходят и богослужения, на которых начинают звучать слова песнопений, славящих идущий праздник.

Предпразднуим, людие…

Все двунадесятые праздники православной церкви официально отмечаются по нескольку дней кряду. Не составляет исключение и рождество Христово. Церковники разбивают праздничные дни на так называемые предпразднство, которое продолжается пять дней, само шестидневное попразднство и отдание праздника 31 декабря (по старому стилю).

Предпразднство выпадает на последние дни поста. Оно находится как бы на грани поста и самого праздника рождества. Поэтому и в содержании его наряду со скорбными элементами поста уже встречаются мотивы праздничного торжества. Во время поста людей как бы косвенно готовят к рождеству. Священнослужители почти не говорят о будущем празднике, о рождении спасителя, хотя все содержание поста подчинено подготовке людей к восприятию грядущего торжества. В предпразднство в храмах уже непосредственно звучат слова о рождестве божественного младенца, разносятся песнопения, предвосхищающие идущее празднество.

«Предпразднуим, людие, Христово рождество, и, вознесше ум к Вифлеему, вознесемся мыслию: и усмотрим деву душевными очесы, идущую родити в вертепе всех господа и бога нашего». Этими словами начинается служба в православных храмах в первый день предпразднства.

И вторая стихира первой службы предпразднства переносит мысли верующих в Вифлеем: «Предпразднуим, людие, Христово рождество, и, ум вознесше к Вифлеему, вознесемся мыслию и узрим в вертепе велие таинство: отверзеся бо Едем от девы чистые богу происходящу, совершен сый, тойжде в божестве и человечестве».

По словам церковников, эта стихира раскрывает основную идею праздника рождества Христова — «идею снисхождения бога к человекам».

Чтобы убедить верующих в божественной сущности Христа — а «спаситель человечества» и не мог бы быть простым смертным, — служители религии пытаются представить рождение Иисуса как подлинное чудо, которое и является свидетельством божественной сущности Христа.

«Чудо!» «Великое таинство!» Эти слова звучат во время служб в православных храмах. Церковникам очень важно заставить людей поверить в это чудо. Поверив в него, они уже не будут сомневаться, что Иисус божество. А раз так, они примут на веру и утверждения служителей культа, что Христос вновь явится на землю, даст вечную жизнь праведникам, ключи от райского блаженства тем, кто непоколебимо верил в него, свято выполнял его заповеди! Именно поэтому церковники так подчеркивают в своих проповедях, что рождение Христа — это «великое чудо».

Непосредственно перед рождеством в храмах все больше и больше говорится о «великом событии», о рождении Иисуса. Духовенство пытается заразить свою паству настроением ни с чем не сравнимой радости по поводу рождения «спасителя человечества».

Вместе с тем церковники некоторым службам предпразднства придают и несколько грустный оттенок, постоянно проводят мысль о том, что «сын человеческий» пришел в мир, чтобы пострадать за грехи людей, своей мученической смертью искупить эти грехи.

Самые противоположные чувства вызывают у верующих эти службы. С одной стороны, умиление Христом, пошедшим на страдания ради погрязших во грехах людей. С другой стороны, мучительную боль за то, что грешный люд вынудил всевышнего послать своего сына на мучения. Верующие чувствуют себя виновными перед Христом и особенно остро осознают свое ничтожество перед ним.

В последний день предпразднства храмовые службы уже непосредственно посвящены праздничному дню. Все, что не имеет прямого отношения к «знаменательному событию», осталось позади. Службы в храмах торжественны, ярки. Слова канона, который поется на повечерии в канун рождества Христова, напоминают о том, какой день ожидает верующих завтра, какой праздник предстоит им отмечать.

Канун рождества именуется сочельником. Во время служб этого дня, во время евангельских чтений духовенство значительное место отводит упоминанию о ветхозаветных пророчествах, которые якобы имели место задолго до рождения Иисуса. Это тоже нужно церкви, чтобы подчеркнуть божественное происхождение Христа.

Не будем говорить о том, что на самом деле никаких пророчеств о рождении Иисуса Христа в Ветхом завете нет. Авторы Нового завета искусственно привязали миф о рождестве Христа к ветхозаветным текстам, пытаясь задним числом выдать за пророчества то, что нельзя считать пророчествами. Достаточно внимательно познакомиться с тем, о чем идет речь в Ветхом завете, и с евангельскими рассказами, чтобы понять, что это действительно так.

Сочельник является последним днем поста. В канун рождества церковь требует особенно строгого воздержания в еде. Пищу разрешается принимать только один раз — вечером. После этого верующие могут употреблять так называемое сочиво, т. е. зерна пшеницы, размоченные в воде, или кутью с медом. Отсюда и название сочельник (или, вернее, сочевник).

Такой строгий пост в самый последний день перед рождеством тоже не случаен. По замыслу церковников, рождественская радость верующих после тяжелого дня воздержания должна быть особенно ощутимой. Сочельник, таким образом, является одним из средств, с помощью которых духовенство добивается особого психологического настроя верующих накануне рождества.

Другим важным средством психологического воздействия на верующих является совершаемое в храмах богослужение — литургия Василия Великого, «самая длинная, торжественная и строгая из литургий». Она совершается десять раз в году (в день Нового года, в рождественский и крещенский сочельник, в пять воскресных дней великого поста, в четверг и субботу страстной недели), и то, что она проводится в канун рождества, — свидетельство тому, едкое значение придают церковники психологическому воздействию на верующих именно в предрождественские часы.

Литургия Василия Великого — это хорошо отрепетированный, умело поставленный спектакль, который производит на верующих особенно сильное впечатление. Ведь они искренне верят, что во время литургии происходит «великое таинство» — «хлеб становится телом Христовым, а вино — кровью Христовой».

Очень большое впечатление на верующих производит воспоминание о тайной вечере, сопровождаемое хоровым пением, ритуалы освящения «святых» даров, «тайные» молитвы священников о прощении грешников, явление священнослужителей с чашей со «святыми» дарами в распахнутых царских вратах, что, по мнению духовенства, должно напоминать верующим «явление Иисуса Христа ученикам по воскресении своем». Все эти ритуалы служат церкви для того, чтобы произвести на верующих наибольшее впечатление, поразить их сознание красотой церковной службы.

Мы знаем, какое эмоциональное воздействие производит на зрителей хорошо поставленный, талантливо сыгранный актерами спектакль. Зрители долгое время остаются под впечатлением увиденного, даже покидая стены театра. Литургию Василия Великого можно сравнить с таким спектаклем. Это богослужение, на котором совершается таинство причащения, производит на верующих незабываемое впечатление.

Восприятию спектакля способствует и ритуал освящения «святых даров», и хоровое пение, и перенесение «даров» с жертвенника на престол, и вновь хоровое пение...

Заканчивается последняя предрождественская служба. Церковь сделала все возможное, чтобы создать у верующих нужное настроение, которое на следующий день должно вылиться в бурную радость по поводу рождества «спасителя человечества».

Да, церковь продумала все до деталей. Не только каждый день, но и каждый час подготовки к празднику рассчитан так, чтобы верующие все время чувствовали приближение рождества Христова. Духовенство внушает своей пастве мысли о том, какое важное событие ожидает ее, какая радость ждет верующих, как должны трепетать их сердца, отмечая день рождения Христа.

Много, очень много красивых слов произносится в церковных храмах. Церковники не жалеют их для того, чтобы добиться своей цели: полностью овладеть сознанием верующих, заставить их мыслить так, как это выгодно духовенству, церкви.

День «великого таинства»

Наступает праздник рождества Христова. Озаренные светом ярко вспыхнувших свечей, загораются в храмах золотым огнем иконы, бронзовая и латунная утварь. Торжественность этого дня подчеркивается и праздничным облачением священнослужителей, и строгими мелодиями песнопений, и всей обстановкой, которой встречают верующих храмы.

И нужно сказать, что служителям религии удается добиться своего. Эмоциональное воздействие рождественского богослужения очень велико. Для того чтобы подчеркнуть все значение прихода в мир «спасителя человеческого», богослужение в день рождества Христова начинается со скорбного чтения псалмов, с так называемой «покаянной службы».

Почему же торжество рождества Христова начинается со скорбных псалмов? Почему церковь ведет верующих к «великой радости» через минуты «великой скорби»? Вот как отвечают на это сами священнослужители: «Причина этого заключается именно в том, что служба рождества Христова должна быть для нас встречей грядущего на землю Христа, а не простым воспоминанием о его пришествии в мир. Если бы мы приходили в храм божий только для того, чтобы вспомнить о рождестве Христовом и еще раз услышать евангельское повествование о нем, то нам не нужно было бы проходить через великое повечерие. Но святая церковь призывает нас не к этому. Весь ход приготовления к празднику — пост, предпразднество, на-вечерие — говорит нам о том, что цель, к которой ведет нас святая церковь, заключается в том, чтобы мы встретили Христа, приняли его в свое сердце и поклонились ему, а не только вспоминали о нем».

В этих словах очень хорошо раскрыта та цель, которую преследует церковь: заставить человека прочувствовать все значение прихода «спасителя» в мир, воочию представить себе это событие, стать как бы его очевидцем. Только тогда церковь может считать, что вся ее многодневная работа не пропала даром.

Именно ради этой цели духовенство даже в день самого праздника проводит верующих через настроение скорби, вызванное сознанием своей греховности, веры в необходимость покаяния. Только когда люди, собравшиеся в храм на торжественную службу, еще раз осознают это, наконец раздаются слова празднич ной христианской песни: «Слава в вышних богу, и на земли мир в человецах благоволение!»

Эти слова служат как бы сигналом. Словно в ответ на них распахиваются царские врата, и в притворе храма появляются священнослужители. Разносится под сводами храма праздничная песнь: «Небо и земля днесь пророчески да возвеселятся, ангелы и пороцы духовно да торжествуют, яко бог во плоти явился...»

Во время праздничных служб духовенство особенно большое значение придает песнопениям. Служители культа отлично понимают, что средствами искусства гораздо легче воздействовать на чувства людей, нежели какими бы то ни было другими средствами. Они не скрывают того, что праздничные каноны, тропари, кондаки, икосы помогают раскрывать догматический и нравственный смысл рождества Христова.

В рождественских песнопениях выражены те самые идеи, которые лежат в основе евангельских повествований. Но одно дело — проза, даже прочитанная с чувством, с внутренней убежденностью, с желанием убедить ближнего своего в правдивости повествования, а другое дело — песнопение, в котором те же идеи, те же мысли облечены в краткую, сжатую, а главное, музыкальную форму. Хорошо понимая это, церковь веками вырабатывала ритуалы своих праздников, широко используя хоровое пение для наибольшего эмоционального воздействия на верующих.

Когда во время рождественской утрени звучит торжественное песнопение о рождении «божественного младенца», оно воздействует на верующих сильнейшим образом.

Неважно, что многие из пришедших в храм в лучшем случае слабо понимают церковнославянский язык. Неважно, что многие слова песнопений им попросту непонятны. Для церкви важно одно: вызвать у верующих в эти минуты чувство безудержной радости по поводу «великого события», чувство благоговения перед родившимся богочеловеком, чувство благодарности за то, что он пришел в мир, а вместе с тем чувство ничтожества всех людей перед сыном божьим, пришедшим пострадать за человечество.

Рождение человека — всегда радостное событие. Оно вызывает добрые чувства, радость, хорошее настроение. Церковники же внушают верующим, что рождение богочеловека Иисуса Христа, который принес людям и «избавление от грехов» и «разрушение смерти»,—событие особо значимое для тех, кто верит в него.

В рождественский день чувства верующих находятся во власти церкви, которая много дней готовила их к этому.

Окиньте мысленно весь многодневный путь, через*который провела церковь свою паству к этому празднику, и, быть может, вы сможете понять, что те чувства, которые возникают в православном храме, вызваны не столько личным восприятием людьми «чудесного события», сколько той длительной психологической и эмоциональной подготовкой, которую провела православная церковь в преддверии праздника.

Вот почему церковь так тщательно готовит верующих к рождеству, используя самые различные средства, самые различные приемы идейного воздействия на людей, выработанные многовековой практикой ее существования.

С ХРИСТОМ ИЛИ БЕЗ ХРИСТА?

Путь ко Христу

Почти полстолетия назад в «Московских церковных ведомостях» в канун рождества появилась статья с заманчивым названием: «Где нам искать счастье?». Были в этой статье такие строки: «Скоро настанет святая рождественская ночь. В ее мраке засияют светом божьим храмы, оживятся снежные тропинки, тысячи верующих притекут в храмы, как бы в пещеру Вифлеемскую, поклонятся святому алтарю, как бы яслям господа. Загорятся светильники, заструится фимиам, польются славословия, возрадуются сердца, умилятся лица, тепло, отрадно станет всем, кто с верою и любовью теснится к яслям господа — святому престолу, на котором совершится в воспоминание агнца божия жертва бескровная. Хорошо будет в храмах. Но что за их стенами? Мрак, холод, снежная пустыня с ледяным дыханием зимы, и как угрюмо, страшно, неуютно станет в этой снежной пустыне тем, кого святая ночь застанет в ней вдали от дома божия и родного крова...»

Так отвечают служители христианской религии на вопрос, где нам искать счастья. Счастье, говорят они, только в Христе, счастье только на пути ко Христу, счастье только в вере в Христа.

Что же это за путь ко Христу, который предлагают церковники? Ответ на этот вопрос духовенство черпает из евангелий, отрывки из которых так часто читаются в православных храмах, читаются для того, чтобы еще и еще напоминать верующим, что жизнь Иисуса должна служить примером для всех христиан.

Прослеживая по евангелиям жизнь Христа, церковнослужители особо подчеркивают его кротость, смирение, терпение. Приводя евангельские притчи, которые характеризуют Христа как смиренного праведника, духовенство указывает, что человек, который хочет обрести подлинное счастье, должен сделать жизнь Христа своей жизнью, стать таким же, как Иисус, кротким и смиренным.

Итак, если верить служителям религии, невозможно достигнуть счастья, если не следовать по пути, указанному Христом. Невозможно достигнуть счастья, если не стать на путь смирения. Вот какие мысли внушают церковники верующим.

Путь ко Христу, по словам служителей религии, есть путь отказа от земных радостей, от земного счастья ради того загробного счастья, которое обещает людям церковь. «Никакие земные радости, никакое земное наслаждение не могут насытить твоей бессмертной души, дать тебе мира душевного», — говорил митрополит Николай. И в этом суть тех поучений, с которыми обращаются священнослужители к своей пастве в рождественские дни.

Другой православный богослов в своем «Слове на Рождество Христово» писал: «Новая жизнь во Христе заключается в том, чтобы самому добровольно отказываться от благ мирских и не скорбеть, когда их от нас отнимают силой. Быть может, не сразу сможешь ты так направить свой ум. Но по мере того, как будешь, хотя бы скрепя сердце, добровольно лишать себя житейских наслаждений — поститься, обижать себя, подавая бедным или уступая присным, не сердиться и не мстить за обиду,— по мере того, как будешь распинать в себе ветхого человека, умерщвлять ветхую жизнь, — по мере сего иной источник жизни благодатной будет исходить из твоего сердца».

Путь ко Христу, по словам церковнослужителей, есть путь страданий. Об этом напоминает и распятие — изображение Христа, принявшего мучительную смерть на кресте, которое всегда стоит перед глазами верующих в церковных храмах. Об этом напоминают и «жития святых» — последователей Христа, добровольно обрекших себя на всяческие лишения и мучения.

Только став на этот путь, тяжкий путь страданий и лишений, учит церковь, можно заслужить прощения у господа, можно получить надежду на райское блаженство в загробном мире.

Жизнь для страданий! Каким презрением к человеку, какой ненавистью к роду людскому наполнены эти слова. А ведь в них заложена одна из главных идей христианства.

Жизнь дается человеку один раз. Вполне естественно желание людей прожить свою жизнь в радости и счастье. Так может ли быть что-либо гуманней, чем стремление сделать жизнь людей счастливой и радостной?

У церкви же совсем иные помыслы, совсем иные стремления. Не к радости, а к страданиям зовет она людей. Не к счастью, а к отказу от него призывает она верующих. И этот путь, на который она направляет свою паству, служители культа именуют путем ко Христу.

Смиряйтесь, люди...

Мы уже говорили о том, что главной идеей рождества является утверждение необходимости смирения, терпения, кротости, т. е. тех черт, которыми якобы обладал Христос.

«А разве все это плохо? — могут задать нам вопрос — Разве плохо, если человек терпелив, кроток, если он смиренно переносит все невзгоды жизни?»

Чтобы ответить на этот вопрос, давайте представим себе жизнь рабочего в капиталистическом обществе, жизнь рабочего в той же дореволюционной России. Тяжкий подневольный труд на капиталиста, беспросветная жизнь без какой бы то ни было надежды на лучшее. Постоянный страх оказаться на улице без всяких средств к существованию. В это же самое время христианские проповедники обращаются к простому люду с призывами смириться с невзгодами, терпеть бесправие, унижение, угнетение. При этом они вновь и вновь обращаются к имени Христа. «Христос терпел и нам велел»,— внушают они верующим.

Служители религии утверждают, что подлинное счастье человеческое только в вере в «спасителя». В статье архиепископа Антония, опубликованной в 1906 г. в «Церковных ведомостях», говорилось: «Скажешь ты: о бедности я не скорбел бы, но убивает меня тяжелый труд поденщика. Я сею и жну хлеб, а люди его едят, я пасу стадо, а хозяева пьют молоко. Я работаю сукно, а носят его другие.

Может быть, враг искушал такими же мыслями и пастырей вифлеемских, которые бдели ночью около города, погруженного в сон, и пасли стадо горожан, но если бы они приняли такие мысли, то не стали бы блаженнейшими из людей. Много было тогда в городе людей знатных, богатых и ничем незанятых, но не к ним явился ангел, возвещающий превечного, не они, а эти лишенные ночного сна бедняки сподобились небесного влияния... Они первые после родившей пресущественного сподобились узреть его и поклониться ему...»

Вряд ли нужно пояснять, что в этих словах выражены идеи, которые отвечают интересам капиталистов, угнетателей трудового народа, интересам тех, кто живет за счет чужих рабочих рук, за счет чужого труда. Поэтому мы называем религиозные идеи реакционными, чуждыми интересам трудящихся, интересам простых людей земного шара.

«Все это так,—могут даже согласиться с нами верующие, — но в нашей стране нет капиталистов, нет угнетателей. Следовательно, не может быть речи о том, что у нас религия находится на службе эксплуататоров. Чем же тогда вредны религиозные идеи в нашей стране?»

Действительно, у нас нет капиталистов, нет угнетателей и угнетенных. Религия в Советском Союзе не служит интересам каких-то определенных классов. Но проповедуемые духовенством идеи от этого не стали лучше, не стали безобидней. И в наших условиях они приносят немалый вред.

Чтобы убедиться, что это так, давайте обратимся к рождественским проповедям церковников. В этих проповедях особенно много говорится о необходимости смирения, кротости, терпения, как будто совсем неплохих качеств характера. Слушает человек в храме сладкие речи проповедников, произносящих слова о терпении и смирении, слушает строки из евангелий, в которых повествуется о кротком Иисусе, отдавшем жизнь свою за то, чтобы избавить людей от греха, и умиляется им. Человеку кажется, что христианство действительно учит самому хорошему, улучшает нравы людей. Разве плохо, когда люди терпеливы, кротки, смиренны?

Однако стоит задуматься над смыслом церковных проповедей и поучений, как становится ясным, что не к такому уж добру зовут верующих проповедники.

Вряд ли нужно говорить, что в жизни нашей есть еще немало трудностей. Мы боремся с ними, преодолеваем их. Долг каждого человека — делать все возможное, чтобы преодолеть трудности. Церковь же поучает совсем иному: человек должен не бороться с трудностями жизни, а смиряться с ними. Религиозное вероучение исходит из того, что все, с чем мы сталкиваемся в повседневной жизни, раз и навсегда установлено всевышним. На долю людей выпадает пользоваться только тем, что дал господь. Человеку не дано изменить что-либо в жизни. Раз так, то, встречаясь с трудностями, с неполадками, он может в лучшем случае обратиться к богу с молитвой, в которой просить всевышнего помочь избежать трудностей. Если бог не сочтет нужным удовлетворить просьбу верующего, то надо смириться и терпеливо переждать невзгоды.

Посудите сами, насколько хороши подобные проповеди! Что дают они человеку? Проповедь смирения воспитывает в людях рабскую покорность перед жизненными обстоятельствами, обезоруживает человека, заставляя его смириться перед трудностями жизни.

Во время праздничных служб церковники проповедуют также идею всеобщего братства, всеобщей любви. С рождением Христа, поучают служители культа, стало возможным объединение людей независимо от их социального положения, от их национальной принадлежности. «Для бога все равны по своему великому положению, по своей национальности, по цвету кожи, все дети небесного отца, — говорится в рождественской проповеди современного богослова. — Ради спасения всех людей без исключения родился в эту ночь спаситель мира, за всех людей без изъятия была пролита его кровь на Голгофе, всем одинаково подается его благодать, проповедуется евангельское учение, даруется вечное спасение, для всех открыты двери вечной блаженной жизни».

Когда верующие слушают такие проповеди, они воспринимают лишь одно: Христос объединяет всех, ему неважно, каково место человека в жизни, ему безразлично, что представляет собой человек, в вере все равны. Кажется, что эти идеи проникнуты стремлением объединения всех людей независимо от их положения. Поэтому верующие воспринимают их сочувственно. Поэтому они вправе поставить вопрос: чем же плохи подобные идеи?

Прежде чем дать им оценку, давайте вникнем в смысл христианских проповедей о равенстве и братстве. Давайте задумаемся, действительно ли церковь проповедует подлинное равенство всех людей?

Церковнослужители говорят о всеобщем братстве людей, объединенных одной и той же религиозной верой. Христианин-капиталист, таким образом, становится братом христианина-рабочего. Христианин-помещик — братом христианина-крестьянина. Служителям религии нет дела до того, что у представителей противоположных классов нет общих интересов. Каким же братством могут быть связаны капиталист, угнетающий рабочего, и пролетарий, в поте лица работающий на хозяина? Может ли идти речь о равенстве помещика, который выжимает последние соки у батраков и крестьян, от зари до зари гнущих спину на хозяина? Конечно нет.

Провозглашая равенство всех людей перед богом, призывая к всеобщей любви, классовому миру, служители церкви по сути дела призывают трудящихся примириться с угнетателями, а следовательно, со своим положением и даже не помышлять о борьбе с несправедливостью, с эксплуатацией, со злом, которое существует на земле.

Выходит, что не так уж гуманны слова о равенстве и братстве, которые звучат в храмах во время рождественских проповедей. Не случайно христианские идеи всегда благожелательно воспринимались власть имущими. Они служили эксплуататорам, угнетателям трудового народа, а те, в свою очередь, видели в христианстве верного союзника, стоящего на страже устоев буржуазного общества.

Ожидая милостей с неба...

Говоря о том, какую роль играют христианские идеи, проповедуемые в рождественские дни, нельзя упускать и еще один момент. Евангельское повествование о рождении, жизни, мученической смерти и чудесном воскресении Иисуса Христа легло в основу христианского учения о втором пришествии Иисуса, страшном суде и небесном воздаянии.

По учению христианской церкви, в будущем должно состояться второе пришествие Христа. Если в первый раз Иисус Христос приходил на землю «в уничижении, чтобы пострадать за людей», то вторично он «придет во славе — окруженный святыми ангелами, чтобы судить всех людей, не только живых, но и мертвых, которые для суда воскреснут». При этом праведники получат вечную блаженную жизнь в раю, а грешники будут обречены на вечные мучения в «геенне огненной», в аду.

Отсюда следует, что истинного блаженства люди могут достичь только после второго пришествия, в «царствии небесном», что истинное счастье они могут получить только от бога, через веру в него, беспрекословное исполнение его заповедей, через исполнение всех предписаний церкви.

Подобные воззрения вполне справедливо вызывают вопрос: если все, чему учит христианская церковь,— правда, то нужно ли стремиться к тому, чтобы улучшить жизнь? Нужно ли бороться со злом в нашей жизни? Надо ли бороться за счастье и радость людей? По церковному вероучению получается, что вовсе не нужно. Все земное, по утверждению служителей религии, временно, преходяще. Поэтому надо с презрением относиться к этому миру, к этой жизни, думать лишь о вечной жизни за гробом.

Внушая верующим такие мысли, духовенство обрекает людей на пассивность, стремится сделать их «смиренными овцами стада Христова», безвольными, не надеющимися на себя, на свои силы. Этой цели посвящены все их проповеди и поучения, которые с особой силой звучат в дни праздника рождества Христова.

А что могло бы быть, если б все люди слепо следовали предписаниям церковников, ожидали «милостей с неба», не надеясь ни на свой разум, ни на свои руки. Разве могли бы вырасти замечательные города? Разве могли бы быть построены фабрики, заводы, на которых создается все необходимое для жизни человека? Разве могли бы люди избавиться от бесправия и угнетения, как они избавились от этого тяжкого наследия в странах, где ныне поднято знамя социализма?

«Милости с неба»... Тысячелетиями ждали их люди, веря словам своих духовных наставников. Об этих милостях твердили служители древних, навсегда ушедших в прошлое религий, об этих милостях продолжают твердить и в наши дни служители современных религий. Но пока никто еще не получил с неба своего счастья. «Счастье не спускается с неба»,—гласит народная пословица. Это действительно так.

Все, что вы видите вокруг себя, создано не богом, а руками человека, его разумом. Человек преображает природу, вырывается в космос, проникает в тайны мироздания. Он создает новые, невиданные в природе материалы, превращает пустыни в цветущие сады.

Если бы обо всех сегодняшних достижениях человеческого разума рассказали людям, которые жили на земле всего лишь 100 лет назад, они сочли бы это безудержной фантазией. Но то, что вчера казалось фантазией, весомо и зримо входит сегодня в нашу жизнь.

«Милости с неба»... В дореволюционные годы жестокие эпидемии таких болезней, как оспа, холера, поражали жителей нашей страны. Эпидемии возникали периодически, унося в могилу тысячи человеческих жизней. В эти тяжелые дни церковники устраивали молебны, крестные ходы, убеждая верующих обращаться к богу с просьбой избавить людей от мора. Смиренно преклоняли верующие колени, вознося молитвы всевышнему, ожидая его милости. Но их молитвы оставались неуслышанными.

Только тогда, когда человек проник в тайны жестоких болезней, он смог навсегда избавить народы от страшных эпидемий. Не милостью с неба, а разумом человека одержаны победы над коварными болезнями.

«Милости с неба»... Посмотрите на географическую карту нашей страны. На северо-востоке ее расположен Чукотский полуостров. До революции Чукотка была одной из самых отсталых окраин России. Жалкое, полуголодное существование влачили народы, населяющие этот край. На полуострове не было ни одной школы, ни одного медицинского пункта. Люди не знали, что такое масло, спички. Страшные эпидемии уносили в могилу тысячи человеческих жизней. Люди умирали с голоду. Целая народность — чукчи — фактически была обречена на вымирание.

Христианские миссионеры, проникшие на Чукотку, рисуя прелести своей религии, поучали темных людей, что только всемогущий христианский бог может избавить их от несчастий, болезней, от нищеты, только всевышний может изменить их положение.

Прошли годы. Волна революции, прокатившаяся по нашей стране, достигла Чукотки. Революция принесла новую жизнь народам Севера. Огромные изменения произошли в экономике и культуре этого края. Народы Чукотки узнали, что такое настоящее счастье. Впервые за многовековую историю коренные жители полуострова — чукчи, эвенки, коряки — получили свою письменность. Сейчас на Чукотке 70 школ, 18 больниц, детские сады, ясли, библиотеки. Каждый трудящийся получил возможность выбирать профессию по душе. Сотни юношей и девушек окончили институты.

Все это произошло без помощи сил небесных. Не молитвами, а трудом людей был преображен этот край, жизнь нескольких народностей. А могло ли произойти подобное, если бы люди не надеялись на себя, ожидали милостей с неба?

Таких примеров можно привести много. Они говорят сами за себя. Надежды на богов, на сверхъестественные силы никогда и никому не помогли в жизни. Человек — истинный творец своего счастья, всего прекрасного, что создается на земле.

Путь без Христа

Когда христианские богословы убеждают верующих, что человек может обрести свое счастье только на пути к Христу, только в религиозной вере, они не могут подкрепить этих слов сколько-нибудь убедительными доказательствами. Все, что говорят церковники, люди должны принимать на веру. Но жизнь, которая идет вокруг нас, опровергает церковников, жизненные примеры, с которыми мы сталкиваемся ежедневно, свидетельствуют о том, что человек может вполне обходиться без религии, обрести свое счастье без веры в Христа, и ему не будет «угрюмо, страшно» в «снежной пустыне с ледяным дыханием зимы». Только счастье свое люди понимают подчас по-разному.

Есть такие, которые долгие часы проводят в молитвах, отбивают поклоны перед иконами, много времени отдают церковным храмам, присутствуя на богослужениях, совершая обряды. Может быть, и кажется им, что они счастливы, но это не настоящее, а иллюзорное, мнимое счастье.

А есть люди, которые не тратят времени на молитвы. На заводах и фабриках они создают новые машины, станки, механизмы. Мощные комбайны, которые работают на полях, сотворены их руками. Прекрасные поезда метро, бегущие по подземным трассам, тоже сделаны ими. Новые дома, светлые, залитые солнечным светом квартиры тоже построены этими людьми. Продукты питания, которые ежедневно появляются на вашем столе, красивые материалы, из которых шьется одежда, — все, буквально все создается руками человека. Чем больше создано людьми, тем зажиточней и краше становится наша жизнь. И если спросить каждого из наших тружеников, что ты сделал доброго на земле, он сможет прямо и безошибочно ответить на этот вопрос.

Но что смогут ответить люди, которые провели жизнь в постах и молитвах? Сделали они что-нибудь полезное? Им кажется, что всю свою жизнь они делали доброе дело. Кому же?

Церковники учат, что только истинно верующий человек может быть по-настоящему счастлив. Но разве мало людей, которые не верят в бога и обрели подлинное счастье в жизни? Посмотрите вокруг, вы увидите радостные лица, добрые улыбки тех, кто может сказать о себе: да, я счастлив, по-настоящему счастлив! Эти люди нашли свое счастье без веры в Христа. Счастье не призрачное — счастье настоящее, о котором только и может мечтать человек.

Стоит задуматься

Наш рассказ о рождестве Христовом подошел к концу. И невольно возник вопрос: стоило ли вести речь об этом празднике? Если бы рождество было таким уж безобидным явлением в нашей жизни, вряд ли о нем стоило бы говорить и писать. Но этот праздник является одним из орудий служителей церкви для религиозного воздействия на человека. Он помогает священнослужителям духовно одурманивать наших людей, уводить их со столбовой дороги, ведущей к подлинному, земному счастью, в мир бесплодных фантазий о загробном блаженстве, о небесном воздаянии.

Рождество, пасха, другие религиозные праздники, церковные таинства, обряды — это в наше время главные столпы, на которых держится христианская религия. Не так-то уж много верующих, которые могут разобраться во всех тонкостях христианской догматики. Вот почему религиозность современных верующих практически сводится к посещению богослужений, к празднованию церковных праздников и к соблюдению некоторых обрядов. Хорошо понимая это, духовенство как раз и использует это в своих целях, для религиозного воздействия на людей.

Мы уже говорили о том, какие идеи несет праздник рождества Христова, говорили о том, что составляет основу идеологического содержания праздника. Достаточно задуматься над этим, чтобы понять, что рождество — серьезная помеха нашим людям.

Вот почему мы и раскрываем истинную сущность этого праздника, не связанного ни с каким реальным событием, показываем его ненужность в нашей жизни. Вот почему мы хотим раскрыть глаза верующим на то, что скрыто за словами красивых проповедей, за красочными церковными ритуалами, за пышными рождественскими богослужениями. За всем этим не всегда легко и просто разглядеть то, что нужно, не всегда под привлекательной формой можно увидеть истинное содержание. И, конечно, это не вина людей, поддающихся настроению и торжественно отмечающих праздник рождества, заполняющих церковные храмы и выстаивающих долгие часы на праздничных богослужениях.

Вот почему хочется помочь этим людям трезво взглянуть на вещи, помочь разобраться в том, что порой скрыто от их взоров, протянуть им руку, чтобы вывести из призрачного мира в реальный мир, который лежит вокруг нас, на тот единственный путь, который ведет к подлинной радости и счастью. Вот почему хочется, чтобы верующие читатели задумались над прочитанным, над тем, о чем шла речь в этой книге.

Белов Анатолий Васильевич
РОЖДЕСТВО ХРИСТОВО

Заведующий редакцией А. И. Могилев
Редактор И. А. Прохоров
Младший редактор Г. И. Жарикова
Художественный редактор Г. Ф. Семиреченко
Технический редактор Л. К. Уланова
Ответственный корректор Н. В. Егорова

Подписано в печать с матриц 17 сентября 1975 г.
Формат 84 X 108 1/32 Бумага типографская № 2.
Условн~ печ. л. 4,2. Учетио-изд. л. 3,07. Тираж 100 тыс. экз. А00078.
Заказ № 4937. Цена 10 коп.

Политиздат. 125811, ГСП, Москва, А-47, Миусская пл., 7.
Ордена Ленина типография «Красный пролетарий».
Москва, Краснопролетарская, 16.

10 коп.
ПОЛИТИЗДАТ. 1975
Идея, дизайн и движок сайта: Вадим Третьяков
Исторический консультант и литературный редактор: Елена Широкова