сегодня23февраля2017
Ptiburdukov.RU

   Ученые изучают то, что уже есть; инженеры создают то, чего никогда не было.


 
Главная
Поиск по сайту
Контакты

Литературно-исторические заметки юного техника

Хомяк Птибурдукова-внука

повесть Б.Н. Полевого «Повесть о настоящем человеке»


Борис Полевой, «Повесть о настоящем человеке», издание 1947 г.
Издание 1947 г.

«Повесть о настоящем человеке» - произведение Бориса Николаевича Полевого (настоящая фамилия Камов, 1908 -1981 гг.), посвящённое подвигу военного лётчика, героя Советского Союза А.П. Маресьева.

В годы Великой Отечественной войны уже признанный советский писатель Б.Н.Полевой находился в действующей армии в качестве корреспондента газеты «Правда». Он первым написал о подвиге 83-летнего крестьянина Матвея Кузьмича Кузьмина, повторившего, по мнению писателя, подвиг Ивана Сусанина, опубликовал целый ряд фронтовых репортажей. После войны вышли четыре книги его военных мемуаров «Эти четыре года». Менее известны материалы о присутствии Б.Полевого на Нюрнбергском процессе в качестве корреспондента газеты «Правда» - «В конце концов» (1969).

Истинную славу Б.Полевому принесла опубликованная в 1946 году «Повесть о настоящем человеке», в которой автор рассказал о лётчике Алексее Маресьеве (в повести – Мересьев). 4 апреля 1942 года его самолёт был подбит в бою. Оказавшись в заснеженном лесу, в тылу врага, раненный лётчик 18 суток полз к своим. Он отморозил ноги, и их пришлось ампутировать. Однако инвалид Алексей Маресьев сумел не просто вернуться к нормальной жизни – он встал в строй и продолжил бить врага в качестве военного лётчика-истребителя, совершая боевые вылеты и уничтожая самолёты противника.

История создания книги

Борис Полевой
Борис Полевой

В «послесловии» к «Повести о настоящем человеке» её автор, писатель Б. Н. Полевой, сообщает, что всё, рассказанное им, основано на реальных событиях.

Во время Великой Отечественной войны на одном из участков Брянского фронта военный корреспондент «Правды» Б.Полевой познакомился с лётчиком-истребителем Алексеем Маресьевым, о котором ему сказали, что это лучший лётчик полка. Тот пригласил писателя переночевать в его землянке. И вот здесь-то, когда они ложились спать, произошло то, что страшно поразило писателя:

«Что-то тяжело грохнуло об пол. Я оглянулся и увидел такое, чему сам не поверил. Он оставил на полу свои ноги. Безногий лётчик! Лётчик-истребитель! Лётчик, только сегодня совершивший шесть боевых вылетов и сбивший два самолёта! Это казалось совершенно невероятным».

В ответ на изумление писателя лётчик сказал: «...Хотите я расскажу вам всю эту историю с моими ногами?»

И он начал свой рассказ. «Удивительная повесть этого человека так захватила меня, - пишет автор, - что я старался записывать её как можно подробнее... Алексей Маресьев довёл свой рассказ до того дня, когда, сбив три немецких самолёта... он снова ощутил себя полноправным и полноценным лётчиком».

А.П. Маресьев
А.П. Маресьев

«...Неожиданная исповедь,- говорит писатель,- потрясла меня своей простотой и величием...

...С тех пор я не встречал Алексея Маресьева, но повсюду, куда ни бросала меня военная судьба, возил я с собой две ученические тетрадки, на которых ещё под Орлом записал необыкновенную одиссею (историю) этого лётчика».

История безногого лётчика не могла быть написана и опубликована автором во время войны. Гитлеровская пропаганда тут же взяла бы на вооружение этот факт и растиражировала информацию, что в Советской Армии дела совсем плохи, раз против асов «Люфтваффе» посылают воевать инвалидов.

По словам самого Алексея Маресьева, в него, как полноценного пилота-истребителя, долго никто не верил. После госпиталя и санатория его направили в Ибресинскую лётную школу (Чувашская АССР) – подальше от Москвы, чтобы легче было скрыть от высокого начальства, если бы с безногим пилотом что-то случилось. Потом, уже после назначения в 63-й Гвардейский истребительный авиационный полк, командир полка не выпускал лётчика Маресьева на боевые задания, пока тот, поднявшись в небо в качестве ведомого, не совершил настоящий подвиг – спас двух своих товарищей и уничтожил два самолёта противника.

Только после окончания войны, весной 1946 года, когда все военные инвалиды стали штатскими, пришло время обработать записанное со слов Маресьева.

«Многое в своё время я не успел записать,- признаётся автор в «послесловии»,- многое за четыре года потерялось в памяти. Многого, по скромности своей, не рассказал тогда Алексей Маресьев. Пришлось додумывать, дополнять. Стёрлись в памяти портреты его друзей, о которых тепло и ярко рассказывал он в ту ночь. Их пришлось создавать заново. Не имея здесь возможности строго придерживаться фактов, я слегка изменил фамилию героя и дал новые имена тем, кто сопутствовал ему, кто помогал ему на трудном пути его подвига.

Я назвал книгу «Повестью о настоящем человеке», потому что Алексей Маресьев и есть настоящий советский человек».

Через несколько лет после смерти Алексея Маресьева, его сын Виктор Маресьев сказал в одном из интервью российской прессе:

«Борис Николаевич Полевой рассказывал мне, что после войны поначалу не собирался писать книгу об отце. Но в 1946 году попал на Нюрнбергский процесс. Гуляя вечером по парку, вдруг в кустах заметил лису. Водителем у него был немец — бывший пилот «Люфтваффе», который чем-то напомнил ему безногого летчика и деталь из его рассказа: когда Маресьев полз на восток, за ним несколько дней следовала голодная лиса, ожидавшая его смерти.

А последним толчком, побудившим писателя сесть за «Повесть о настоящем человеке», стало признание на суде рейхсмаршала, нациста номер два Германа Геринга. Он заявил, что нападение Германии на Советский Союз было не преступлением, а ошибкой нацистской верхушки, знавшей численность Красной Армии, количество танков и самолетов и мощь советских военных заводов, но не знавшей советского народа…»

Сбитый лётчик Алексей Маресьев 18 суток только полз по лесу, пробираясь к своим, а писателю Б.Полевому понадобилось примерно столько же времени, чтобы создать действительно талантливое произведение о его подвиге. «Повесть о настоящем человеке» была написана за 19 дней, сразу же вышла в печать и вскоре была удостоена Сталинской премии. Только до 1954 года общий тираж её изданий составил 2,34 млн. экземпляров. Более восьмидесяти раз она издавалась на русском языке, сорок девять — на языках народов СССР, тридцать девять — за рубежом.

«Повесть о настоящем человеке» как орудие советской пропаганды

Кадр из фильма «Повесть о настоящем человеке», Мосфильм, 1948
Кадр из фильма «Повесть о настоящем человеке», Мосфильм, 1948

После окончания войны историю лётчика Алексея Маресьева подхватили уже советские пропагандисты. Книгу Бориса Полевого знал каждый школьник, она прославила единственного героя на весь мир.

Уже в 1948 году по «Повести о настоящем человеке» режиссёром А. Столпером был снят одноимённый художественный фильм с П.П. Кадочниковым в главной роли. Столпер предлагал играть главную роль самому Маресьеву, но тот отказался.

В 1960 году поставлена опера Сергея Прокофьева «Повесть о настоящем человеке».

Сегодня совершенно очевидно, что если бы журналист Б.Полевой не встретил во время войны Алексея Маресьева и не написал о нём книгу, то фронтовой лётчик вряд ли стал бы столь знаменитым. Во время Великой Отечественной войны были и другие пилоты, воевавшие без ног, но их имена совершенно неизвестны широкой общественности. Зачем стране столько героев? Для воспитания подрастающего поколения одного положительного примера вполне достаточно.

Кадр из фильма «Повесть о настоящем человеке», Мосфильм, 1948
Кадр из фильма «Повесть о настоящем человеке», Мосфильм, 1948

Не для кого не секрет, что сразу же после окончания войны советское руководство быстро поделило всех военных инвалидов на «настоящих» и «ненастоящих» людей. Обилие военных калек на улицах крупных городов не устраивало ни власти, ни то самое общество, которое пытались воспитывать на героическом примере сбитого лётчика.

В 1949 году Москва, Ленинград, столицы союзных республик и другие крупные города в одночасье оказались «закрытыми» для проживания военных инвалидов – тех, кто ещё вчера воевал за их освобождение от немецких захватчиков. От калек-попрошаек были вычищены улицы, их отлавливали по вокзалам и пригородным поездам. Тех, кто не имел родственников, которые бы ухаживали за ними, не смог найти в себе сил, чтобы встать на протезы, совершить, подобно Маресьеву, подвиг духовной и физической реабилитации, объявляли вне закона. Безногих, безруких, безглазых калек высылали туда, где, по мнению властей, следовало находиться людям «ненастоящим»: распределяли по закрытым домам инвалидов в глухой провинции, вывозили в отдалённые районы страны.

Кадр из фильма «Повесть о настоящем человеке», Мосфильм, 1948
Кадр из фильма «Повесть о настоящем человеке», Мосфильм, 1948

Так относилась сталинская власть к истинным героям войны, которые пожертвовали в ней слишком многим. А народ? Народ безмолвствовал. Он видел на экране бравого лётчика Алексея Мересьева в блестящем исполнении своего любимца Кадочникова. Киношный Мересьев отплясывал «барыню» перед медицинской комиссией, дабы завоевать себе право, не попрошайничать в поездах, не ехать на 101-й километр, а бить врага и называться «настоящим человеком». В тот момент это казалось единственно верным и правильным.


Вот доклад министра МВД Круглова за 1954 год (почти десять лет после войны), в котором приводится печальная статистика о нищих – инвалидах Великой Отечественной:



Доклад МВД СССР в Президиум ЦК КПСС
о мерах по предупреждению и ликвидации нищенства

20.02.1954

Секретно

В ПРЕЗИДИУМ ЦК КПСС
товарищу МАЛЕНКОВУ Г.М.
товарищу ХРУЩЕВУ Н.С.

МВД СССР докладывает, что, несмотря на принимаемые меры, в крупных городах и промышленных центрах страны все еще продолжает иметь место такое нетерпимое явление, как нищенство.

За время действия Указа Президиума Верховного Совета СССР от 23 июля 1951 года «О мерах борьбы с антиобщественными, паразитическими элементами» органами милиции в городах, на железнодорожном и водном транспорте было задержано нищих:

  • во 2-м полугодии 1951 года — 107 766 человек

  • в 1952 году — 156 817 человек

  • в 1953 году — 182 342 человека

Среди задержанных нищих инвалиды войны и труда составляют 70%, лица, впавшие во временную нужду, — 20%, профессиональные нищие — 10% и в их числе трудоспособные граждане — 3%.

Приведенные данные не свидетельствуют о действительном количестве нищенствующих в стране, так как многие из них задерживались органами милиции по нескольку раз. Так, по городу Ленинграду до 5 раз задерживалось 2160 нищих, до 30 раз — более 100 человек, по гор. Горькому свыше двух раз задерживалось 1060 человек, по Сталинабаду — 50 человек и т.д.

Органы социального обеспечения и местные Советы депутатов трудящихся не уделяют должного внимания работе по предупреждению и ликвидации нищенства, плохо занимаются устройством нищих в дома инвалидов и престарелых, их трудоустройством, а также делом определения им пенсий и патронирования.

Так, из числа задерживаемых нищих по г.г. Москве, Ленинграду и Ростову трудоустраивается и помещается в дома инвалидов и престарелых не более 2–3 %.

Одной из основных причин неудовлетворительного устройства нищих является отсутствие достаточного количества домов для инвалидов и престарелых и интернатов для слепых инвалидов, строительство которых, предусмотренное Постановлением Совета Министров Союза ССР № 2590–1264с от 19 июля 1951 года, идет крайне медленно, а ассигнуемые на это средства ежегодно не осваиваются. Из 35 домов инвалидов и интернатов, строительство которых должно было быть закончено в 1952 году, на 1 января 1954 года построено всего лишь 4 дома.

В связи с этим органы милиции вынуждены подавляющее большинство задерживаемых нищих освобождать.

Борьба с нищенством затрудняется также и тем, что некоторая часть нищенствующих инвалидов и престарелых отказывается от направления их в дома инвалидов, а устроенные нередко самовольно оставляют их и продолжают нищенствовать.

Закона о принудительном содержании таких лиц в домах инвалидов нет.

Тем не менее, полная беспомощность и нежелание властей решать проблемы инвалидов заставила вчерашних фронтовиков становиться не только нищими попрошайками, но и настоящими героями уже в мирной жизни. Наполненная добротой и оптимизмом, книга Бориса Полевого вселяла надежду в тех, у кого ещё был шанс на спасение, давала им веру в себя. Многие военные инвалиды овладевали новыми профессиями, самостоятельно реабилитировались и социально адаптировались, постепенно превращаясь из обузы в кормильцев своих семей.

Не слишком высокие литературные достоинства не помешали «Повести о настоящем человеке» на долгие годы войти в обязательную школьную программу по литературе. Она стала настоящим бестселлером для мальчишек и девчонок, учила любить жизнь и не пасовать перед трудностями.

Судьба героя

Практически каждый школьник, прочитав повесть Б.Полевого, неизбежно задавался вопросом: а что же дальше? Как сложилась судьба этого «настоящего человека», практически супермена, живой легенды?..

Алексей Петрович Маресьев
Алексей Петрович Маресьев

За время войны лётчик, герой Советского Союза Алексей Петрович Маресьев совершил 86 боевых вылетов, сбил 11 самолётов врага: четыре до ранения и семь — после ранения.

В 1944 году А. Маресьев согласился с предложением стать инспектором-лётчиком и перейти из боевого полка в управление Вузов ВВС. В 1945 году он служил инструктором штаба ВВС Московского военного округа, находился под началом В.И.Сталина. С 1946 года – в отставке.

В наше время это выглядит нелепо и неправдоподобно, но писатель Борис Полевой, как выяснилось, даже не получил от Алексея Маресьева специального согласия на написание книги о нём.

Как уже было сказано, до выхода «Повести» автор более не интервьюировал своего героя. Он создавал произведение, руководствуясь исключительно материалами единственной встречи с лётчиком в 1943 году и своей собственной фантазией. Для Маресьева появление «Повести о настоящем человеке» в печати стало почти сюрпризом.

В 1946 году герой и автор встретились, чтобы уже постфактум обсудить только что вышедшую книгу. В одном из последних интервью журналистам бывший лётчик признавался, что далеко не всё ему понравилось в произведении Полевого. Например, Алексей Петрович всегда оставлял на совести писателя полностью выдуманный им эпизод с поеданием ёжика. Во время своего путешествия по зимнему лесу Алексей Маресьев никаких ёжиков не ел и даже их не видел. Впрочем, боевой лётчик не был большим знатоком в области литературы, а потому лишь слегка пожурил автора за его «писательские вольности»:

«Почти все, что ты написал, говорю, правда. Ну а привираешь зачем?» А он: «Прости, Петрович, это не документальная повесть, а художественное произведение. Видишь, даже фамилию твою хоть на одну букву, но изменил — Мересьев. И это дает автору право на домысел». Я тогда в литературных тонкостях не разбирался. Мыслил себе так: автор боялся, что вдруг запью и книгу запретят. Вот писатель и подстраховался. Ой, да я на него не в обиде! У каждого свой нелегкий хлеб.»

Действительно, «обижаться» на Б. Полевого Алексею Петровичу было не за что. Во многом благодаря его хрестоматийной «Повести», бывший лётчик после войны стал очень известен. Его постоянно приглашали на многие празднования, организовывались встречи со школьниками. В отличие от многих вчерашних героев-ветеранов, о подвигах которых забыли уже в 1950-е, Алексей Маресьев не запил, не опустился. Напротив, он стал публичным человеком, известным всему миру.

В 1949 году он был участником Первого Всемирного конгресса сторонников мира, проходившего в Париже. В 1952 году окончил Высшую партийную школу при ЦК КПСС, в 1956 году – аспирантуру Академии общественных наук при ЦК КПСС, защитил кандидатскую диссертацию по истории. С сентября 1956 года Алексей Маресьев стал ответственным секретарём Советского комитета ветеранов войны, в 1983 году – первым заместителем председателя комитета. В этой должности он проработал до последнего дня своей жизни.

Полковник в отставке А.П. Маресьев награждён двумя орденами Ленина, орденами Октябрьской Революции, Красного Знамени, Отечественной войны 1 степени, двумя орденами Трудового Красного Знамени, орденами Дружбы народов, Красной Звезды, Знак Почёта, «За заслуги перед Отечеством» 3 степени, медалями, иностранными орденами. Был почётным солдатом воинской части, почётным гражданином городов Комсомольск-на-Амуре, Камышин, Орёл. Его именем названы малая планета Солнечной системы, общественный фонд, молодёжные патриотические клубы. Избирался депутатом Верховного Совета СССР. Автор книги «На Курской дуге» (М., 1960).

Интересно, что после войны лётчику-инвалиду, отлично проявившему себя в воздушных боях, не хотели выдавать права на управление автомобилем. Помогла не столько его всесоюзная известность, сколько незаурядная настойчивость в достижении цели. Позднее, когда появились машины с ручным управлением (так называемые «инвалидки»), Маресьев продолжал «по особому разрешению» ездить на обычном автомобиле.

В 1989 году А.П. Маресьев был избран народным депутатом СССР.

Борис Полевой, «Повесть о настоящем человеке», издание 1948 г.

18 мая 2001 года в Театре Российской армии намечался торжественный вечер по случаю 85-летия Маресьева, но за час до начала у Алексея Петровича случился сердечный приступ. Его доставили в реанимацию одной из московских клиник, где он скончался, не приходя в сознание. Торжественный вечер всё же состоялся, но начался он с минуты молчания. Похоронен А.П. Маресьев в Москве на Новодевичьем кладбище.

Вне сомнения, идеологическая растиражированность подвига Алексея Маресьева в советское время и хрестоматийный глянец, покрывший страницы «Повести о настоящем человеке», сыграли злую шутку с произведением Б. Н. Полевого.

В постперестроечное время «великих разоблачений и отречений» книга о советском лётчике Маресьеве была практически забыта молодым поколением читателей. В 1990-е годы, когда её герой был ещё жив, «Повесть» уже не переиздавалась. Многие самостоятельные государственные образования, возникшие на пространстве бывшего СССР, поспешили тут же выбросить это произведение из школьных программ, объявив истинную историю советского лётчика «наследием проклятого прошлого».

Сегодня невозможно и даже нелепо было бы отрицать значение этого произведения для нескольких поколений читателей. И те из современных российских школьников, кто ещё не разучился читать и воспринимать что-либо, кроме рекламных роликов и дозированной информации в СМИ, оценят её по достоинству. Ведь настоящий подвиг всегда остаётся подвигом, в какие бы идеологические рамки он не был втиснут, а мужеству и доблести победителей фашизма в нашей памяти нет ни границ, ни преград.

Елена Широкова


Идея, дизайн и движок сайта: Вадим Третьяков
Исторический консультант и литературный редактор: Елена Широкова